— Сэр! Мэтт — фанат оружия! Знает даже русское — например, автомат Калаш… э-э-э… Калашникова. Он участвовал в прикрытии отхода беженцев на корабли!

— Тем более, такого человека нельзя оставлять не у дел.

— Спасибо, сэр… — от избытка чувств она даже всплакнула. — Мэтту сейчас очень тяжело — в полицию Херсонеса его не взяли из-за руки, трудиться на полях или на другой тяжёлой работе он не может… Мы очень обрадовались, что есть возможность переехать и, возможно, найти ему какую-то подходящую работу здесь… Я и дочь при деле, а он нет — от этого у него депрессия…

— Не волнуйтесь, работы хватит на всех, — Сергей Иванович поспешил её успокоить. — У нас пока лишь два специалиста-оружейника. И бывает, что им очень тяжело — выдать пару тысяч стволов за раз или проверить чистку оружия — дело непростое.

— Оу, май год! — удивилась она. — Конечно, такое дело будет трудным для двоих.

— Причём один из них мальчик, правда, очень способный. Ему всего тринадцать.

— Тринадцать? — опешила Трейси.

— Главный оружейник ЮнАрмии, прапорщик Паршин.

— Он офицер в тринадцать? — снова опешила она, а остальные ошарашенно слушали диалог переводчицы и Бракс.

— Виктория, — Мочалов показал рукой на Звягину — является сотрудником Дипкорпуса, а ранее служила в ВДВ и имеет именное оружие, награды и нашивки ранений, — девушка немного покраснела от представления её американкам. — Ей всего пятнадцать. Я уже не говорю о её муже — главе ЮнАрмии. А ведь тому семнадцать.

— Оу, май год! — Джоан не скрывала своего удивления граничащего с откровенным шоком. — Нет, мы слышали о ЮнАрмии, но думали, что те выполняют несколько иные — полицейские функции.

— А то, что ЮнАрмия дала по шее арабам и защитила Херсонес, вы знаете? — усмехнулся Мочалов.

— Да… но не знали всех подробностей, сэр.

— По мере ознакомления с обязанностями у вас будет время оценить профессионализм молодых специалистов.

— Не сомневаюсь, сэр, — ответила за всех Джоан.

— Тогда переходим к жилищному вопросу…

* * *

Ермолаев с Ведерниковым сразу наметили тему для разговора.

— Ну, Олег, кого дашь в инструкторы для моей молодёжи?

— Не я, а Илья — мой сын. Он командует ЮнАрмией, вот ему и решать. А я подмахну приказ.