Нападавшие только-только начали перегруппировываться, когда на них обрушился настоящий шквал ударов сапёрными лопатками. Руки, ноги, головы — всё отлетало со скоростью ускоренной перемотки в фильме. Взгляд каждого бойца элиты ЮнАрмии сменил ничего не значащую равнодушную маску на злобный оскал. Это было необычно и… страшно. Из числа противника лишь единицы смогли хотя бы замахнуться на атакующих, но последующие действия тех вызвали откровенный испуг — «бешеные» стали пропадать. Пусть на секунду, но когда приближающийся к тебе человек внезапно пропадает из поля зрения и вдруг оказывается уже рядом с тобой, а потом бьёт остро отточенной лопаткой… Бум! И ты уже ничего не чувствуешь…

Хасанов, только что прибывший к «сушилке» со своими бойцами как подкрепление, смотревший на этот удивительный бой в бинокль — они не успели каких-то несколько минут, неожиданно и судорожно взглотнул.

— Это не люди! — резюмировал он, переглянувшись со своими бойцами. — Я такого никогда не видел. Я говорил Иналу, что их вид обманчив?

— Да, Заурбек, — кивнул один из чеченских командиров — они не люди, они… дэвы какие-то…

Правый фланг турок дрогнул и через минуту начал рассредотачиваться, пытаясь по одному прорваться к станции РЭБ, в надежде избежать губительной рукопашной. Частично им удалось проскочить мимо станции и части бойцов Первой Отдельной — в панике и с криками ужаса — хоть и были они опытными воинами, но страх перед чем-то сверхъестественным взял своё. Освобождаясь на ходу от всего тяжёлого — оружия и амуниции, примерно полусотня турок и азеров вырвалась на тропу, но не тут-то было… Первая Отдельная снова пошла в атаку, догоняя убегавших без оглядки. Здесь вперемешку были мужчины, женщины и даже подростки. Вот они-то и драпанули резвее остальных. Но этот истеричный прорыв стал для них фатальным — скорость у бойцов Илья была намного быстрее, да и на тропе особо не развернёшься, а уж если кто упал, всё — давка обеспечена. Вот и настигали их где придётся, а потом в спину били лопатками так, что приходилось останавливаться и с усилием вынимать из тел шанцевое оружие.

Командующий чеченским отрядом покрутил головой, стремясь сбросить с себя пелену наваждения, но куда там — реалии доказывали обратное.

— Нам никто не поверит, — вздохнул он — а жаль, такое зрелище надо бы записать для потомков.

— Я записываю на свой смартфон, — оповестил его один из телохранителей. — У меня хорошая камера на нём — даже в такую погоду неплохо видно.

— Молодец, Семир! — похвалил его тот. — Пока хватит места на телефоне — пиши.