— Товарищ…

— Серёжа, давай без этих расшаркиваний, — попросил его оружейник. — Не тот момент сейчас. Виктор Степанович, — он подал руку Ершову, и тот её пожал. — Смотри, чтобы мне добраться к вам, помог спецназ. Они просили передать, чтобы ты ожидал какое-то количество гражданских и медиков. Полковник Ведерникова планирует прорваться именно сюда. К мосту дойти у неё нет шансов, увы. Возможно прибудет и генерал. Это если его выдернут из кольца. В аэропорт, пока он ничейный, спецназ и остатки военных планируют выйти где-то через час. Но у них нет радиста — радиоцентр зачистили основательно, чтобы никто не мог подать сигнал в РСА.

— Мы подали, — улыбнулся Ершов.

— Серьёзно? Ну ты просто не знаешь, какой молодец!

— У меня два радиста с двумя комплектами аппаратуры. Один, правда, инвалид… нога у него…

— А второй?

— Вторая. Сержант Новикова, Юлия.

— Нужно перейти на частоту 136200 и дать спецназу знать, что есть радист. Они очень надеются на него, чтобы передать сигнал бедствия и ждать помощи. И кому-то нужно координировать прилёт транспортников.

— Пойдёмте, — пригласил он майора в радиорубку.

Едва они вошли, как Юля вскочила.

— Товарищ… товарищи командиры, слушаем частоту 136200! Спецназ на нашей стороне, но у них нет радиста! Я готова пойти в рейд и помочь им. Мы уже передали, что помощь придёт, но самолёты… надо координировать посадку! Товарищ старший лейтенант! Я пойду! Прошу отпустить меня!

— Сева, у нас есть второй комплект автономного питания для рации? — угрюмо спросил Ершов.

— Так точно. Второй заряжается, пока есть электричество. Осталось совсем немного… жаль, что я не могу пойти…

— Ты мне нужен здесь. Новикова, собирайся, а ты сообщи спецназу, чтобы готовили транспорт. Скажи, что одного радиста дам.

— Серёжа, не волнуйся. В таких передрягах радиста защищают как командование, — поспешил его успокоить майор. — Без связи смерть.

— Угу. Виктор Степанович, пойдёмте проверим огневые точки. Вдруг я что-то упустил. А тебе, Новикова, даю тебе полчаса на сборы, не больше.

Через сорок минут к спорткомплексу прибыл необычный кортеж — четыре машины «Скорой помощи» и два бронированных «Тигра». Из первой «неотложки» выскочила полковник Ведерникова и стала командовать на выгрузку помимо ходячих, ещё несколько носилок. На одних лежал сам Павел Константинович с перевязанным животом.

— Парни, помогите! — попросила она и, заметив их обеспокоенные взгляды, пояснила. — Генерал ранен, но ничего серьёзного. Я его уже обработала.

Ершов достал из нагрудного кармана переносную рацию и вызвал отделение на помощь. В это время из последней «Скорой» вышло четверо парней и двое девушек, в одной из которых Сергей сразу признал Вику. Но сразу заметил разительные перемены — куда делась её надменность и стремление смотреть свысока — девушка была подавлена и почти не реагировала на вопросы и слова матери.