— Боже мой… — заплакала та. — Неужели этот кошмар скоро закончится?.. — не желая дальше показывать свои слёзы, она заторопилась. — Пойду, обрадую генерала.

Эту атаку мятежников снова отбили, правда, несколько человек ранило. Курсанты, среди которых прошёл слух, что одного их товарища убили, а несколько получили ранения, получили некую порцию ненависти. Уже не было недоумевающих взглядов или полных безысходности — над ними всеми воспарило чувство ненависти и желания отомстить за товарищей.

Там же. Два часа спустя

Ещё две атаки мятежников с треском провалились. Те даже не ожидали такого упорства защитников спорткомплекса. Ведь пацаны, не нюхавшие пороху, а вот поди ж ты. Но они забыли, кто был командиром этой военизированной молодёжи. Одни забыли, другие вовсе не знали.

Из-за разбитых окон пришлось делать импровизированные пологи из одеял — получилось что-то вроде вместительной пещеры, в которой сейчас находилось около сорока человек — раненые и человек двадцать беженцев из близлежащих домов. Испуганные и дезориентированные, каким-то чудом проскочившие пространство перед общежитием после панического отступления оставшейся в живых немногочисленной группы мятежников. Все продукты из НЗ, с молчаливого согласия его бойцов, Ершов распорядился распределить между ними. Люди жевали сухари, закусывая тушёнкой, и откровенно плакали. Старики, женщины и несколько детишек, возрастом три-пять лет.

Во время этого кратковременного затишья Сергей почему-то подумал, что не плохо бы поднять моральный дух всех собравшихся.

— Вась, у тебя гитара где? — обратился он к одному из взводных.

— Тут, в шкафу. А зачем она сейчас? — опешил он.

— А затем, что моральный дух нужно поднять. Люди подавлены и устали. Так наши прадеды в Великую Отечественную поступали, а мы чем хуже? Неси!

Парень быстро вернулся с инструментом. Сергей присел на стул, откашлялся и предупредил всех.

— Певец из меня никакой, но постараюсь вам поднять настроение… В общем, был такой до Чумы певец под псевдонимом «Шаман». У него много песен, но вот эта меня тронула за душу… — Он взял аккорды.

В кубике начали собираться те, кто сейчас не был на посту.

В момент начала припева больше десяти человек подхватили песню. Кто не был ранен, встали.