-Вы не вправе что-либо требовать, Вьен.

Из голоса Штудгарда исчез любой намёк на лёгкость и теплоту, которую часто слышали офицеры, когда общались со своим адмиралом. Теперь он был похож на скрежет, с которым отточенный клинок покидает ножны. Казалось даже температура в помещении упала на градус другой.

-Я сделаю вид, что не заметил ваших слов, Вьен, и в этот раз спишу их на вашу чрезмерную усталость от работы. Надеюсь вы меня поняли?

-Но…

-Вы поняли меня?-Ещё раз повторил адмирал, чеканя каждое слово.

-Да. Я поняла,-процедила она сквозь зубы.

Штудгард вновь откинулся на спинку своего кресла и улыбнулся.

-Ну вот и прекрасно. Свободны.

В последний раз бросив взгляд на вернувшегося к работе адмирала, София глубоко вздохнула и развернувшись на каблуках, быстрыми, отрывистыми шагами пошла к двери адмиральского кабинета. Почти у самой двери, она вновь услышала голос Штудгарда.

-Все мы здесь работаем во славу Рейна и вы, должны понимать это лучше, чем кто-либо. Ваш приёмный отец был бы рад узнать, какое рвение вы прилагаете к достижению, нашей победы.

Тело Софии словно свело судорогой. Произнесённые слова заставили её остановится и очень, очень медленно повернутся. Штудгард всё так же продолжал сидеть за столом, смотря на один из голографических экранов своего терминала.

-Откуда…

-Тим Шеффер когда-то был моим очень хорошим другом. Ваша мать ведь так и не взяла его фамилию.

Ханжар удивлённо переводил взгляд с адмирала на Софию, когда вспомнил тот самый вечер, когда он пришёл к ней в каюту с бутылкой фруктового ликёра. Вспомнил её слова. Так вот почему…-подумал он.

-И в конце концов, он предпочёл поражение истиной победе.- Невозмутимо продолжил Штудгард.

-Вы ничего о нём не знаете,-произнесла София.

Её голос дрожал от ярости. От нахлынувших воспоминаний тридцати двух летней давности, её пальцы сжались в кулаки с такой силой, что ногти впились в кожу.

-Вы ничего не знаете о нём,- вновь повторила она.- Он был прекрасным человеком, который заботился о людях, которые его окружали. Отец бы никогда не…

-Он был таким же как я, Вьен. Он был солдатом, и он следовал своему долгу.

Штудгард поднялся со своего кресла и обойдя широкий стол, подошел к Софии. Филип взглянул ей прямо в глаза и на краткий миг, девушка словно провалилась в прошлое.