-Вы знаете, что делало его таким хорошим солдатом София? Он знал, в чём заключается суть истиной победы. Он понимал это, как никто другой. И именно по этой причине, он предпочёл своё поражение победе. Потому что стал слишком мягок. Он не мог сделать то, что необходимо для победы. Скажите мне София. Вы знаете, в чём заключается истирая суть победы?
Девушка смотрела ему прямо в глаза. Штудгард видел, что она едва сдерживает себя. Видел, как ярость кипит в её глазах.
-Победа,- спокойным и тихим тоном произнёс Филип.- Победа не в том, чтобы превозмочь своего врага. Одолеть его на поле битвы. Она в том, чтобы уничтожить его. Окончательно и бесповоротно. Стереть его из памяти живущих, не оставив от его деяний ни единого следа. Сокрушить в пыль все его достижения и вырвать с корнем каждый след его существования. От такого поражения не оправится ни один враг. Ни один противник. В этом, истинная суть победы. Ваш отец знал это. И он был слишком мягок для достижения истиной победы. Лишь единицы в человеческой истории смогли сделать это. Не потому что, у остальных не хватало силы или решимости. А потому что мы понимаем, что после этого, уже ничего не останется внутри нас самих. И поэтому, истинная победа будет раз за разом ускользать от нас. Твой приёмный отец София, знал это, как никто другой. Он прекрасно осознавал, что произойдёт в том случае, если бы он попробовал «победить». И поэтому, он выбрал поражение.
Когда София наконец смогла ответить, её голос звучал хрипло. Эти слова вернули её в тот ужасный день, когда привычная для неё жизнь превратилась в кровавый ад, заполненный запахом дыма и вонью горящих человеческих тел.
-И к чему это привело?-тихим, обвиняющим тоном спросила она
Штудгард улыбнулся и наклонился чуть ближе к ней.
-Я ведь не сказал, что он поступил верно, неправда ли?
Глава 27
Глава 27
Огромный зал «Королевы Анны» буквально сверкал роскошью. Высокие восьми метровые потолки, подпираемые декоративными резными колоннами. С потолка свисали массивные люстры из настоящего хрусталя. Казалось, что каждый отдельный их кристалл, самостоятельно светился тёплым, мягким светом, освещая огромное, заполненное людьми пространство. Зал находился на левом борту огромного лайнера и одна из его стен представляла из себя одну, почти не прерывающуюся обзорную панель из стеклопласта кристальной прозрачности. Сейчас через неё открывался завораживающий вид на центральное светило Каледонии. Специальные фильтры регулировали яркость таким образом, чтобы яркий свет звезды не повредил глаза тысяче гостей, которые наполняли зал.