Говард умышленно не назвал Брана президентом. Этот момент отложится в памяти людей. Должность, ассоциируется с государством. Имя, всего лишь с человеком.
-Наше правительство, всего лишь отправило дипломатическую ноту протеста. Оно потребовало объяснений. Но это ли нам нужно? Нужны ли нам «их» объяснения? Вернут ли дипломатические переговоры наших родных и близких? В очередной раз, Кеннет Бран прячется за нежеланием «обострять» наши с Рейном отношения, не видя, что они уже давно стали нашими врагами. Сначала, они посягнули на наше благосостояние, а теперь и на наши жизни! А вместо того, чтобы твёрдо потребовать справедливости и наказать виновных в этом страшном военном преступлении, мы, лишь требуем объяснения…
Говард склонил голову. Его пальцы сжали края трибуны так, что побелели костяшки.
-Нет. Слова не смогут исправить произошедшее. Я могу сколько угодно говорить с вами о случившемся. О всей невообразимой чудовищности этого. Но я не буду.
Он медленно поднял голову, посмотрев прямо в объективы камер, а через них в сердца тех, кто сейчас смотрел его выступление.
-Я не буду,-вновь повторил он, твёрдым как сталь голосом,- потому что, время разговоров уже прошло. Пришло время действовать.
***
Президент Вердена, Кеннет Бран, смотрел выступление Говарда Локена, которое транслировалось в прямом эфире. Бран, который сам никогда не отличался излишней харизматичностью и считал, что дела важнее слов, не мог не отметить то, насколько великолепно было выступление его политического оппонента.
Уже было не важно, кто именно слил Локену всю информацию о случившемся в системе Дария. Это не имело никакого значения, по сравнению с масштабом произошедшего. Звезда Дария, Бедергар, Лакония. Три узловые системы, в которых Рейнский протекторат нанёс им удар. Охранный пикет на звезде Дария был практически полностью уничтожен. Семнадцатая эскадра тяжёлых крейсеров на Бедергаре потеряна полностью. Лишь на Лаконии им повезло. Командующий эскадрой смог вовремя заметить приближение рейнских кораблей и отступил, не понеся потерь.
Но на фоне произошедшего в системе Дария, эта удача была почти незаметна. Произошедшее с «Королевой Анной» получило страшнейший резонанс в общественности. По-другому и быть не могло.
Встав с кресла, Кеннет прошел к бару у стены и налил себе немного бурбона.
Его народ был в бешенстве от случившегося. Общественность жаждала крови. Люди хотели мести. И Бран их понимал. Он сам потерял много хороших друзей, которые отправились в круиз на «Анне».