Разодрал себе лицо и полетел вниз, ударяясь о ветки, но все же сумел зацепиться, а если быть точнее, запутался в раскидистых древесных лапах. Приземление вышло куда более удачным, чем предполагал. Стоило об этом подумать, сверху донеслось испуганное «У-и-и-и-и-и-и!», и Грызлик упал сверху. Мы сорвались, пересчитав все ветки на пути, грохнулись на землю.
Сплюнув горький лист, вынул из щеки острую щепку, кряхтя поднялся, разогнулся и замер, чуть не напоровшись на наконечник стрелы. Грустно вздохнул, глядя на просевшую наполовину полосу здоровья. Трое лучников, похоже, прибежали на звук и взяли нас горяченькими. Грызлика уже связывали.
Солдат что-то злобно прорычал и выхватил нож. Уровни у всех под восьмидесятые. Сопротивление бесполезно. Я поднял руки и улыбнулся.
— Я вообще-то сдаться и планировал.
Получив пинок под дых, упал на колени. Руки сзади тут же прихватили веревкой, на голову напялили мешок и поволокли, периодически ударяя о стволы деревьев, или протаскивая через колючие кусты.
— Ну, суки, вам это аукнется — приговаривал я, каждый раз после этого получая по хребту кулаком. По пути дважды успел себя бахнуть Игрой Зика, поднял Удачу на двадцать единиц и Ловкость на одну.
— У-у-у-у! — радостно протянул я, когда мешок стащили. Думал, потихоньку разберусь с этим отрядом и пойду прочесывать лес, ориентируясь на жреческое зрение, а меня прямо к ставке местного командования и притащили.
Маленькая поляна окружена чем-то вроде растительной колючей проволоки. На деревьях наблюдательные точки, похожие на большие птичьи гнезда. За оградой частокол из зеленых кольев, чтобы издали в глаза не бросался, перед ним десяток бойцов, уровни у всех под сотый.
Внутри самой поляны только трое. Два таких же лесных лучника, что нас притащили, и один командир отряда. Толстый зубастик в тканевой броне с перемазанной зеленой краской рожей заулыбался во все свои тридцать два, или сколько их у этой расы, надо будет у Грызлика посчитать.
За его спиной огромный столб, на котором в форме знака бесконечности прибита гигантская сушеная змея. В середине алтаря приклеены две руки зубастиков, держащие чашечки из черепов. Вдруг глаза высохшей змеи раскрылись.
— Жрецсссссс, — прошипела жертва таксидермиста. — Принеситес-с-с-сь мне его в жертвус-с-с-с. Я станус-с-с необычайно силёнс-с-с-с.
Глаза ползучей гадины закрылись. Жирдюк схватил меня за шкирку и подтащил к алтарю.
— Даже жаль, — грустно вздохнул я. Все понявший Грызлик, несмотря на связанные руки отползал подальше от алтаря. На него перестали обращать внимание, все следили за жертвоприношением. Только не учли, что жертвы здесь они.