Я уже не слышал, как рушится пресс, как летающая твердыня вершит правосудие, как натужно отстреливаются 4 мои крепости — всё это осталось снаружи. В многомерности Твина был мир и покой. Энника расслабленно лежала на стволе дерева и пила чай, ну так было до моего появления… Твин расслаблено лежал, улыбаясь — тоже до моего появления…

Оба напряжённо замерли, вытаращившись на меня. Я-то всё ещё под берсеркером и скоростью, так что опалённый, дымящийся, весь в крови и полуголый я с лёгкой ухмылкой наблюдал как у Энники волосы на загривке встают дыбом, как она бросает чашку и вскакивает, а Твин тем временем прыгает в мою сторону для прикрытия и поддержки. Всё это я вижу, как в замедленной съёмке. А что остаётся делать? Скомандовать “Лежать!” я им не успею… И тут нас всех тряхануло, да так, что коротенько пол встал на дыбы перед глазами. Тут же сработали защитные механизмы Ризы. Нет место не пропало, с ним всё хорошо, да и будет скорее всего так вечно, но там снаружи остался ключ доступа сюда, а как следствие канал… Эльфы погасили возмущение, однако тут же появился жутко недовольно Древний.

Я стоял виновато улыбаясь, а он гневно таращился на меня.

— Добрый вечер, уважаемый Древний, момент пожалуйста… — я будучи всё ещё под всеми ускорениями устремился к Эннике и подхватил её на руки, не давая ей упасть.

— Ты что творишь?? — как гром среди ясного неба прогремел рык эльфа.

Я прекрасно помню ту жуть, которой он обладает. В отличие от меня, бедная Энника была совсем без защиты. Она вжалась в мою грудь, в попытке раствориться или отползти куда-нибудь.

— Тише, тише милая, мы сейчас всё утрясём…

Я вколол ей медицины и по её телу прошла волна успокоения, расслабившая и погрузившая её в сон.

— Уважаемый Древний, — я поклонился ему, попутно укладывая Эннику на траву, — я готов дать вам полный доступ к моему разуму, чтобы вы сами просмотрели последние события, дальше вы сами решите, что с нами делать, отдаюсь в полную вашу власть.

С этими словами я отключил щит разума, и мир вокруг померк.

* * *

Очнулся на стуле в хаврете Древнего. Тот же задумчивый взгляд старейшины на мне и та же слабость в теле. Я осмотрелся — жив здоров и не привязан, уже отличное начало.

— Но ты всё ещё не готов, дитя. — сказал Древний вполне спокойным тоном.

— Ну а что я могу поделать, уважаемый Древний — я хаосит, и по определению не предсказуем! — с лёгкой усмешкой, подёрнул я плечами.

— Да этого у тебя уже не занимать, — с ухмылкой подтвердил он.

Я же под истоком Хаоса осмелился рассматривать его хаотическим зрением, теперь его чёрный огонь не был таким кусачим. Смотреть было неприятно, но уже вполне возможно, я даже мог двигать его нити без особых помех.