— Жри. Или будешь жрать свои.
Молчание. Оплеуха. Отвратительная духота. Сковорода с человеческими пальцами и тусклый мерцающий свет.
— Заслужишь, получишь кусок получше. Ну, ты будешь работать?
Олег промолчал, глотая слёзы.
— Ты будешь гнида писать? — лезвие легло на палец прикованной руки. Чуть выше первого сустава мизинца.
Олег плакал. Он кивнул. Он будет писать. И жрать. Конечно будет.
Жить-то хочется.
Ёлка
Ёлка
Снег шёл какой-то липкий и цепкий, будто с неба падали бесконечные мелкие пауки. Так и казалось, что случайная снежинка шевельнётся да и поползёт вверх. А то и не одна.