Ей так захотелось, чтобы неизбежные ребята из ELI провели свои проверки и отправились разбираться с «Паладином» сами, отпустив экипаж «Королевы Мэб» на все четыре стороны.

Впрочем, до этого надо было ещё дожить.

— Фил, вы уже с кем-то связывались?

Доктор посмотрел на неё как-то неловко.

— Нет, всё время, пока вас не было, я пытался связаться с вами. Ты знаешь сроки, до истечения которых беспокоить контору не рекомендуется.

— А последний час?

— Зигварт пришёл пешком, — извиняющимся тоном сказал доктор. — Его экзоровер вышел из строя в пятидесяти метрах от корабля.

— Максимум в тридцати. А я прошла пятьсот метров, и ты не захотел мне открывать.

Доктор вздохнул.

— Я…

— Доктор, давайте скорее сделаем ей укол.

— Заткнись, — огрызнулась она. Она просто изнывала от его присутствия. Странно, но ей было бы чуть легче при мысли, что это уже не совсем он. Тогда часть его невыносимо бесчеловечного поведения легла бы на глациат.

— Нелл, этот час ушёл у меня на медицинскую помощь Зигварту, на документирование его рассказа и попытки вызвать тебя. Ты не отвечала. Почему?

Он подвёл её к креслу, и она села. Блаженство. В пропасть Зигварта, Изморозь, мёртвый корабль, мороз и тряпку доктора. Сидеть. Тепло. Покой.

— Потому, — произнесла она, не открывая глаз, — что Зигварт выдрал мою антенну.

Она посмотрела из-под век, потому что ответом ей была тишина. Зигварт обвиняюще указывал на неё ладонью, глядя на доктора и всем своим видом словно спрашивая у него: «Ну, какова?»

— Ты тоже присядь, — сказал Фил.

Зигварт сел на подлокотник соседнего кресла с видом оскорблённого рыцаря.

— Итак, — сказал доктор. — Нелл, закатай рукав. Укол внутривенно.

— Спасибо, док. А ему, пожалуйста, внутримышечно что-нибудь. В зад. Магнезию там. И иглу возьми побольше. У тебя есть игла для крупных панцирных, Фил?