— Обещаешь? — спросил он серьёзно.

— Нет, — покачал я головой.

— Почему? — на его лице не увидеть обиду мог только слепой.

— Потому что это не зависит от меня и я не могу дать такого обещания. Если получится, ты станешь практиком, если нет — значит нет. Зависит от удачи и упорства.

— А все практики сильные? — спросил он.

— Ты неправильно задал вопрос, Фа Минг, — улыбнулся я ему, заставляя снова задуматься.

— Ну… все Практики такие же сильные, как ты, старший брат? — поправился он.

— Вот, теперь уже более правильно. Кто-то намного слабее, почти не отличаюсь от мамы и папы, сможет даже слабее, но таких очень мало. Только те, кто не перешёл дальше первого Этапа, а вот те, кто добрался уже до второго, намного сильнее мамы и папы.

— А тебя?

— Нет. Я намного сильнее таких практиков. Есть практики слабее меня, а есть практики намного, намного сильнее твоего брата. По крайней мере, пока что.

— А ты станешь самым сильным?

— Я буду очень стараться, — улыбнулся я его вопросу.

Так, на протяжении нескольких кин(полчаса) я отвечал на непрерывный поток вопросов Фа Минга. Он, словно изголодавшиеся путник, что набрёл на еду и воду, задавал все новые вопросы и, казалось, ему было любопытно абсолютно все. Ответ на один вопрос сразу порождая пару новых вопросов, а если я удовлетворил его интерес в какой-то теме, он задавал вопросы совсем по другой. Ребёнок познавать мир через меня и, похоже, родители просто не могли удовлетворить всё его неуемное любопытство.

Интересно, все дети такие любопытные? А я, в прошлой жизни, когда был в возрасте Фа Минга, был таким же? Сейчас уже и не вспомню — очень уж давно это было, да и был я ещё слишком маленьким тогда.

Через какое-то время пришёл отец.

Он сразу же вбежал а нам с Фа Мингом комнату и, остановившись на пару секунд, рассматривая меня, приблизился ко мне и схватил в охапку, крепко обняв меня.

Отец у меня всегда был немногословным, однако эмоции и чувства выражал, ничуть не хуже, чем многие выразили бы словами.

С самого рождения, практически с младенчества в этой жизни я вёл себя максимально самостоятельно, чтобы они были готовы к тому, что однажды я покину их. Тогда я не знал о практике и практиках, но и в прошлой жизни, на Земле, где ничего подобного не было, я очень быстро покинул родителей и редко когда присылал им хотя бы весточку. Жалею ли я об этом? Не могу сказать, что все изменил бы, окажись я снова в тот момент в том же месте. Однако, я определённо чаще навещал бы их и звонил отцу и матери. И в этой жизни, пусть я помню своих прошлых родителей, не проникнуться чувствами и к нынешним моим родителям, я просто не мог.