— Ты… абсолютно ненормальный, если совершенно спокойно говоришь обо всех таких вещах, — с шокированным лицом сказала она. — Что у вас за ненормальная секта такая, если такие эксперименты проводят!?

— Что бы знать, как лечить и улучшить организм, необходимо знать, как, отчего и почему он страдает и умирает, а так же как работает. Алхимики — прекрасные целители, в той или иной мере, а потому такие знания для нас естественным. Но… мы хотя бы себя психами не делаем, которые сходят с ума от своих эмоций.

— Я же уже сказала тебе, что это была случайность! — крикнула она, переменившись в лице. — Простор, как же ты бесишь! Аж до зубного скрежет!

— Сколько не повторяй, что это случайность, но взгляни на это с моей точки зрения. Я впервые встретил тебя при попытке убить меня, когда ты попутно заживо сожгла кучу невинных людей. Оказалось, что ты практикуешь технику, которая как-то влияет на твои эмоции, то распаляя их выше всяких норм и поддерживая на достигнутом пике, отчего ты перестаёшь различать всякие рациональные границы своего поведения, то полностью тебя этих эмоций лишая, превращая словно в бездушного… бездушную куклу, только живую. При этом, в обоих своих состояния, твоё поведение отличается… ну, мягко говоря, Кардинально. Для человека, который не знает хотя бы общих принципов работы техники, которую практикует ваша секта, и того, как вы вообще справляетесь с такими эмоциональным качелями, что должны расшатывать любую психику, это выглядит так, как будто в твоей секте практики намеренно сводят себя с ума. Соответственно, не зная, чего ожидать от такой нестабильной личности, как ты, я не могу взять и хоть как-то довериться тебе! Вдруг тебе снова что-то взбредёт в голову, что распалит твои эмоции, и ты вновь войдёшь в режим берсерка, попытаешься убить меня, убьёшь экипаж дирижабля и сам транспорт наш уничтожишь? Нет уж, я предпочту пресечь даже саму возможность такого.

— И что, ты будешь держать меня вот так, вмурованной в металл… сколько? Пока мы не прилетим? — возмущённо спросила она.

— Нет, что ты! — посмотрел я на Ха Нин. — Я не такой человек, что так поступил бы!

— Тогда когда ты меня выпустить? — расслабилась пленница.

— Когда закончу расследование и выполню миссию, очевидно, — ответил я, делая в тетради последние заметки и хорошие, на мой взгляд, мысли и идеи, пришедшие ко мне во сне.

— Что!?

— Что-то не так?

— А… ты… ты не можешь так поступить со мной! — закричала она, снова эмоционально распаляясь, отчего её голова, как единственная часть тела, что выглядывала из металла, покрылась пламенем, отчего температура вокруг начала стремительно расти.