Отпустив повозку, он махнул старику ладонью вперед, мол подожди.

Оглядевшись он принял решение, что если барон не может помочь этим бедным людям, то может получится у него.

Он начал подниматься на повозку чтобы все его видели и слышали.

Взобравшись кое как на неё, с больной ногой, он громким голосом начал вещать, во всеуслышание.

– Люди добрые, можно минуту вашего времени. – начал он.

– В той стороне, в двадцати или тридцати пяти километрах, находится деревня – многие повернули к нему свои головы, обращая на него своё внимание и слушаю, что он говорит.

А он тем временем продолжал.

– Окруженная каменными стенами, не раз выставившее под набегами слуг хаоса, вы можете направиться туда, там вам дадут кров и пищу, пристроят к работам, также вы можете там остаться, пока не уладится ситуация, вас примут я обещаю.

Многие слышали его, но мало кто верил одинокому путнику, хоть и в дорогой рубашке, но порванных штанах.

Глава 41. Вход в баронство

Глава 41. Вход в баронство

Он не был убедителен в своих словах, поэтому народ начал перешёптываться и собираться вокруг повозки хранителя, на которой он стоял, выставив целую, левую ногу вперёд, а рененую поставив позади, с разорваной штаниной чёрного цвета, и перевезью белой ткани на месте, где совсем недавно торчал арбалетный болт.

Выкатив грудь правую руку он отвёл не много назад и тогда Скарлет подметила, разводы и грязные пятна, что получил хранитель упав на землю, прикрываясь от следующего арбалетного болта, что мог быть отправлен ему на погибель.

А он тем временем продолжал говорить

– «Мы отразили множество нападений, эта деревня была создана теми кто не захотел так просто сдаваться и бежать, поджав хвосты, она была создана бывшими стражниками форта, что уже давно ушли на покой»– его прервал выкрик того самого мужичка, что рассказал ему при первой их встрече, о похищении его жены разбойниками и о голодном маленьком сыне.

– Где гарантия что ты нас не обманываешь?! – выкрикнул тот старичок, что подходил к нему все, поднимая руку, с грязными от комьев земли ногтями, смотря на хранителя своими тёмно-карими глазами.

Женщины, мужики, грязные и как будто потасканные жизнью, некоторые были даже с грудными младенцами на руках, все они закивали головами в такт его вопроса.

Они начали, обсуждая о том правда аль быль вылетела из бледновато-красных губ хранителя.