— Я не собирался править, — его голос был тихим, речь давалась очень тяжело, — я собирался не позволить править тебе. — Рогдо снова жутко разозлился от слов соперника. Он захрипел и, превратив правую руку в острое лезвие, одним взмахом отсек Грогару голову. Она покатилась по земле, оставляя за собой следы крови. Я обезумел от горя и ужаса, метнулся к лежащему на земле сгустку уплотненного воздуха, который рассеялся сразу же после того, как Грогар перестал дышать. Я схватил его и с истеричным воплем бросился на врага. Он легко остановил меня и поднял в воздух перед собой с помощью телекинеза.

— А ты кто? Кажется, я тебя где-то видел. — Когда я потерял силы, то уже не мог удерживать маскировочные изменения лица.

— Мое имя — Илан! — Прохрипел я, сжимая в кулаке звездный элемент.

— Что ты там прячешь от меня, Илан? — спросил Рогдо. Мой кулак разжался, и кусочек звезды плавно прилетел в когтистую ладонь. — Что? Это же не отсюда! — удивился Рогдо. — Так вы хотели меня перегрузить? Вот это да! Конечно, я бы никогда не смог создать это чудесное творение. — Рогдо постучал кулаком по шлему. — Но я смог разобраться в том, из чего оно состоит и как работает. Грогар смог соединить в едином, полуразумном веществе все химические элементы Тертуса. Чем их больше, тем больше сила. А теперь я чувствую, как броня сама тянется к этому незнакомому ей кусочку Вселенной. Она хочет стать еще сильнее, а вы, два неудачника, поможете в этом и ей и мне! Ха-ха-ха! — Рогдо расхохотался, а мои руки тряслись от гнева и отчаяния. Зная, что делаю это в последний раз, я завопил и с зажженными в руках плазменными шарами побежал на Рогдо. Но он даже голову не повернул в мою сторону. Рядом с ним зажегся небольшой огненный шар и со скоростью молнии полетел мне навстречу. Я почувствовал жгучую боль в груди. Огненный шар прошел сквозь меня, частично задев сердце. Тьма быстро сковала мое тело, проникла в голову и затмила зрение. Упав на колени, я начал валиться вперед, но не встретил земли. Я умер до того, как мое тело рухнуло в грязь торгового яруса. Я падал во тьму, в пустоту, в сон, который никогда не закончится.

Глава 22

Глава 22

Ощущение жизни обусловлено самой жизнью. Мы видим, слышим, осязаем, чувствуем вкусы и запахи. Но есть множество чувств, которые сложнее, которые имеют нематериальное происхождение, но проявляются в мире весьма ярко. Это эмоции и реакции наших душ на различные события. Мы злимся или любим, нам что-то нравится или вызывает страх. Все это проявления жизни — от сложных до простых. Но сейчас я не чувствовал ничего, не чувствовал себя, но все же существовал. Сейчас мне трудно это объяснить, но я точно существую. Будто некая часть меня, совершенно недоступная при жизни, очистившаяся после смерти и оказавшаяся в совершенно незнакомой, чужеродной среде. Она существует, но не может почувствовать ничего, потому что ничего нет. А сама себя частица не может понять, потому что еще рано, она не спит и не бодрствует, потому что не умеет, она не умеет существовать. Не знаю, сколько я так блуждал в пустоте — секунду или тысячелетия, но что-то коснулось меня. Я пробудился, чувства начали прорезаться, сознание родилось вновь, перезапустилось, и какое-то время я не мог шевелиться и думать. Постепенно пространство вокруг меня стало заполняться красками, вокруг появились нити и всплески энергии. Я начал вспоминать себя, свое имя. Краски становились ярче, синие, фиолетовые и темно-зеленые цвета из тумана превратились в более четкие потоки и очертания. Один из потоков выделился, стал ярко-оранжевым и устремился ко мне. Я уже достаточно хорошо ощущал себя, но тела не имел, мое состояние чем-то было похоже на хин, только оно было честнее, правдивее. Я был чист и был здесь, только здесь.