— Когда рак на горе свистнет, тогда и перекрестимся, — решил он.

Робин рассмеялась.

— Нет уж. Если на том конце туннеля — Феба, лучше остаться здесь и сдохнуть от голода.

— Не будь такой пессимисткой. Мы гораздо раньше подохнем от жажды.

Туннель начал постепенно расширяться, уже больше напоминая не искусственный проход, а естественную пещеру. Хотя сиялок здесь было больше, их свет, понятное дело, стал менее эффективен в более обширном пространстве. Крис заметил ответвления туннеля на север и на юг, но им казалось, что лучше продолжать двигаться в том направлении, которое, как они надеялись, вело на восток.

— Валья, когда сюда добралась, наверняка все еще была в панике, — рассудила Робин. — А значит, продолжала чесать прямо. Если бы она одумалась, то либо вернулась бы за нами, либо подождала, прежде чем начать обследовать боковые туннели.

— Согласен. Хотя я не ожидал, что ее так далеко занесет. И все время помню, что вместе с ней убежала вся наша провизия и вода. А пить, между прочим, хочется.

Пол пещеры сделался неровным. Крис и Робин обнаружили, что поднимаются и спускаются по покатым склонам, напомнившим им обоим песчаные дюны, которые приходилось одолевать в пустыне Тефиды. Потолок так отдалился, что сиялки стали уже напоминать звезды, выкрашенные атмосферным туманом в оранжевое. Вверху мало что можно было разглядеть, да и внизу виднелись лишь общие очертания. Заслышав бегущую воду, они стали осторожно к ней приближаться, пока речка не выдала себя медно-красными отблесками. Крис сунул туда палец, готовый мгновенно его вытереть, если вода окажется кислотой. Когда же с пальцем ничего не случилось, он поднес его к губам. Вода на вкус была слегка газированной.

Сбросив ботинки, беглецы перешли речку вброд. Она оказалась всего десять метров в ширину и полметра в глубину.

По ту сторону речки профиль местности снова переменился. Вокруг Криса и Робин вдруг стали вздыматься неровные шпили. Раз Крис плюхнулся в двухметровую яму. Какой-то миг вечности он не знал, отсчитает ли это падение последние секунды его жизни, — пока не приземлился на карачки, громко матерясь скорее от облегчения, чем от злобы. К порезам и царапинам добавилось несколько синяков, но серьезных повреждений Крис избежал.

Возросшая осторожность после падения вскоре дала свои плоды. Действуя скорее по наитию, чем по знанию, Крис вдруг велел Робин остановиться. Когда они еще осторожнее двинулись дальше, то выяснили, что Робин была в метре от трещины, простиравшейся вниз метров на тридцать-сорок.

— Спасибо, — тихо поблагодарила Робин. Крис кивнул, но его внимание уже отвлекло какое-то свечение слева. Он безуспешно пытался что-то различить, пока не услышал звуки. Кто-то пел.