Третьим пунктом шла недостаточная подготовка. Старшие офицеры горько сетовали на то, что им не на ком было попрактиковаться. В результате войска так и не почуяли вкуса крови — кроме горстки тех, кому это счастье улыбнулось на Земле.

Выслушав всех, Сирокко наконец встала.

— Первое, — начала она, указывая пальцем на генерала Два, — вы уволены. Вы презираете человеческую жизнь, а значит — вам следует вернуться на Землю нажимать кнопки и создавать пустыни на месте городов. Как только появится возможность, я вас туда отошлю. А пока что назначаю вам два килооборота тюремного заключения. Ваше барахло уже упаковано. Марш домой писать мемуары. — В гнетущем безмолвии Сирокко ждала, пока краснолицый мужчина выйдет из палатки. Затем она ткнула пальцем в полковника Шесть: — Вы назначаетесь на его место. На вашей койке уже лежит генеральская звезда. Назначьте своего преемника для управления Шестым легионом — причем это не обязательно должен быть один из ваших майоров. — Она указала еще трижды: — Вы, вы и вы. Вы трое больше не полковники. Вам нельзя доверить командование легионом.

— Указанные трое встали и вышли. Безмолвие сделалось еще более гнетущим.

— Я недостаточно хорошо знаю майоров, чтобы выносить резонные суждения касательно их действий, так что можете вздохнуть спокойно. Но я призываю каждого делать максимум необходимого по части отставок и понижений в должности с целью создания более эффективного командного состава. А теперь... теперь я намерена решить все ваши проблемы. Я намерена произвести децимацию ваших войск. — Дождавшись, пока уляжется шум голосов, Сирокко обратилась к генералам: — Необходимо отдать приказы сержантам. Каждый из них отвечает за двадцать солдат. Пусть они выберут двоих худших и отправят их домой. Предлагаю выбирать самых зеленых рекрутов. Парней, что вечно возятся со шнурками и колются о собственные мечи. Девушек, которые неспособны держать голову чуть пониже и не помнят, какой конец стрелы кладут на тетиву... Короче, я требую отбраковать всех портачей, неудачников, слабаков и кретинов. Выявляйте их в течение двадцати килооборотов, а затем — почетное увольнение, никаких ярлыков. — Тут Сирокко небрежно махнула рукой. — Совсем не обязательно, чтобы это были по двое от каждого отделения. Некоторые отделения могут остаться нетронутыми, а в других следует отбраковать по четыре-пять человек. Браковка должна работать на уровне роты и когорты... но она должна работать. Через двадцать оборотов этой армии следует уменьшиться на десять процентов.

Как и ожидала Сирокко, последовали еще разговоры. Она выдавила из себя улыбку. Да, отношение офицеры/рекруты чертовски улучшалось — но такого решения им и в голову не приходило.