— Надо думать. Это же была твоя идея.

Некоторое время алиец смотрел на меня тяжёлым взглядом, а потом прикрыл глаза.

— Утром, когда увидел бледного растерянного Раймуса, когда прочитал брачный договор, хотел свернуть тебе шею.

— Даже так, — усмехнулась я, на всякий случай магическим зрением осторожно проверяя артефакты. — И что, передумал?

— Успокоился, подумал и передумал.

— Почему?

Кайрос посмотрел на меня без выражения, сузив глаза, потом криво улыбнулся и произнёс:

— Наверное, потому что всё это… — он неопределенно взмахнул рукой, — справедливо.

Я кивнула, соглашаясь. Конечно, справедливо.

— А ещё потому что ты — самая невероятная женщина, которую я встречал в своей жизни, — севшим голосом добавил он.

— Верю, — хмыкнула я.

— И скромная, — вдруг улыбнулся Кайрос, как-то подозрительно нежно, отлепился от стены и сделал шаг ко мне, тёмные глаза вспыхнули огнём на бледном лице, во взгляде появилась решимость.

Я отступила назад, уперевшись спиной в дверь, и покачала головой, перестав улыбаться.

— Не нужно, Кайрос.

— Элли, я предлагаю тебе поехать со мной, — мужской голос прозвучал спокойно, но по глазам я читала, какие эмоции бушуют внутри него. — Я хочу заботиться о тебе и детях.

— Невозможно, — прошептала я.

— Почему?

— Я чуть не влюбилась в тебя, но это потому что с тобой показалось надежно и тепло, — подбирая слова, ответила я, наблюдая за застывшей мужской фигурой. — Теперь же я совсем не чувствую этого. И я никогда не смогу довериться тебе после твоего поступка.

— Показалось, — зачем-то повторил он и закрылся, лицо стало непроницаемым.

Мы молчали. Алиец смотрел на меня пристально, скользя взглядом по лицу, губам, — я поняла: он прощался со мной, понял, что не нужен мне.