Дикий и умоляющий взгляд, которым одарила нас Миртл в последний миг, заставил сердце замереть. Мне было страшно и я не мог отвести взгляд от неё. Я почувствовал, как мне становится тяжело дышать. Ощущение, что что-то не так, что что-то странное и страшное происходит, переполняло меня. Мы с ребятами ещё какое-то время стояли неподвижными статуями, но постепенно леденящий душу страх перед смертью той, кто была давно мертва, уступил место ужасу перед дневником. Сила этой отвратительной вещи, из-за которой вся школа оказалась скована страхом за собственную жизнь, оказалась действительно ужасающей. Я действительно ненавидел тетрадь, или, как называла его Джинни, дневник.

Я смотрел на Миртл, но не мог понять, что же случилось с ней. Кто же смог причинить такую боль и ужас этой девушке. Теперь я был уверен, что Рон уже не был самим собой. То, что произошло в заброшенном туалете убедило меня в самых худших опасениях. Дневник не только навязывал владельцу определённые мысли, а полностью замещал личность чем-то иным. Я мог надеяться только на то, что всё это поправимо и проклятый предмет не успел ни на кого повлиять.

Набравшись смелости, я пригнулся и попытался коснуться тела Миртл, но пальцы прошли сквозь призрачное тело и окунулись в белую кровь. В отличии от тела девушки, жидкость была осязаемой, и чувство потустороннего холода растеклось по венам. Это напомнило мне о том, как я танцевал с Серой Дамой, но в этот раз холод пронзал меня где-то внутри куда сильнее.

— Рон… Он… — залепетала Джинни, готовая вот-вот разразиться настоящей истерикой.

— Нет, Джинни! — прикрикнул я, заставляя девочку прислушаться ко мне. — Рон ни в чём не виноват. Это всё дневник. Ты меня поняла?

Девочка закивала, безуспешно стараясь утереть льющиеся слёзы. Её плечи дрожали, и мне вдруг стало её жалко. Я мог понять, о чём она думает. Её страх за родного брата. Но я не мог подобрать никаких слов, которые могли бы успокоить Джинни.

— Дадли, — позвал я кузена, заставляя его оторвать взгляд от Миртл. Лёгкая дрожь, охватившая брата, ушла, стоило ему услышать мой голос. — Ты должен предупредить профессоров о том, что мы нашли.

— Хорошо, — не стал он спорить, и это радовало меня. — А вы. Ты?

— Я постараюсь найти что-нибудь. Я уверен, что здесь должен быть какой-то скрытый проход. И кажется, даже знаю как его открыть.

Дадли кивнул и, бросив последний взгляд на Миртл, убежал, желая мне удачи. Я же принялся внимательно осматривать помещение, стараясь не обращать внимание на медленно истаивающую на полу Миртл и всхлипывающую у входа Джинни. Проход нужно было найти как можно скорее, ведь если это всё связано с василиском и Слизерином, то и открываться он должен на парселтанге. Думать о том, почему я им владею, мне не хотелось, как и демонстрировать это умение посторонним. Конечно, я мог бы оставить всё как есть и сотрудники ДМП сами смогли бы найти тайный ход. Загвоздка заключалась в том, сколько времени бы это у них заняло. То, что я принимал за интуицию настойчиво шептало, что нужно торопиться. А ей я привык доверять.