И вот тогда, пожалуй, я со всей головой окунусь в этот удивительный мир вселенского капитализма. Встречай меня Иркутск, бывшего комсомольского лидера! Перед тобой, на перроне стоит новый человек, который пересмотрел свои взгляды на жизнь, пока так долго ехал в этом задрипанном советском вагоне на верхней полке плацкарта у заccанного сортира. Теперь мне предстоит начать новую жизнь!

Я прошёл внутрь вокзала, и почувствовал жуткий приступ постсоветского голода.

Оглянулся по сторонам в поисках буфета.

Святые вожди, о чём я только думаю?

Буфет — это в далёком прошлом, теперь только КАФЕ!

А вот и вывеска.

Да, так и есть, для нас людей новой капиталистической формации написано по заграничному "Cafe — Restaurant". Манит меня вывеска иностранными буквами, да так, что желудок от голода сводит и выкручивает. Три дня и только один противный синюшный окорок Тамбовской курицы и два кружка липкой докторской колбасы. Тьфу на вас!

Захожу в это шикарное капиталистическое заведение. А вокруг прям красота!

Красотища и мечта бывшего комсомольца!

На стенах висят плакаты Саманты Фокс и полуголой Сандры. Это для того, чтобы клиент чувствовал себя, в новом капиталистическом мире, как дома.

Встал я за столик и пересчитал мелочь в кармане.

Зову официанта:

— Голубчик, а чем можно у вас перекусить? Я очень тороплюсь по важному делу.

Очень любезный молодой человек, с лицом бывшего иркутского пионерского лидера:

— Могу, вам сударь предложить, великолепные американские хот — доги.

И указывает на плакат, который висит над кассиром (старой бабищей посконной формации).

На плакате очень аппетитно изображен разрезанный вдоль длинный французский багет в которой вставлена скворчащая сосиска, щедро политая кетчупом и горчицей. Превосходная картина победы американской еды над отечественной плацкартной курицей и вялой докторской колбасой!

— Ну чтож, можно ли мне отведать ДВА ваших замечательных американских хот — дога?