Ещё немного, и мы раздали всех котят Рауля. Гордые за себя, мы поспешили к выходу из подземного перехода. Настроение было превосходное! Сделали доброе дело, и мамаша котят должна нам быть благодарной по гроб жизни.

И какое же разочарование ждало нас на улице… Все наши котята сидели на грязной земле и также жалобно мяукали.

Американцы брали у нас котят вместе с долларом, а на улице просто выкидывали эти милые пушистые комочки на улицу. Деньги были для них в приоритете. Это был удар ниже пояса!

Мы обратно начали собирать котят в коробку.

Виктор Михайлович, с абсолютно багровым лицом, был в ярости:

— Какой меленький и подлый народец. Пакостные людишки, ей богу. Отсутствие сострадания к ближнему и бесконечная жадность. Ну как так можно? Не понимаю! Ну хоть бы одного взяли- ху@плеты ху@вы…

Вся его речь была вперемешку с матами, от чего на улице становилось холоднее, а перспектива пристроить живность, в самое ближайшее время и самое главное в надёжные руки, таяла на глазах.

— Ах ты писюк малолетний, халера тебя задери! — из недр американской трансгендерной толпы, которая торопилась по своим делам, вышла бабка (божий одуван) в модном малиновом пуховике и замахнулась на нашего бригадира своей инвалидной тростью.

На совершенно родном наречии и понятном нам языке Пушкина, начала она ругать нашу группу товарищей, которая по её словам непристойно вела себя в общественном месте, и мы своим поведением позорили одновременно и Эрмитаж, и МХАТ и заодно Ленинскую библиотеку, перед этими необразованными и разноцветными пожирателями хамбургеров.

Да, мой друг, на враждебной чужбине, оказалась такая милая сердцу интеллигентная старушка, которая в прошлом, проживала на улице Горького, а теперь мучается на чужом континенте при полном отсутствии какой-либо духовности среди навязанных ей бестолковых либеральных ценностей.

— Меня звать баба Валя, а вы откель такие прибыли голуби сизокрылые? — заулыбалась старушка, явно обрадовавшись землякам.

Мы рассказали ей и про секретный челябинский завод, и про государственную тайну, и про Рауля, и про абьюз и ещё много чего. Также Виктор Михайлович, продемонстрировал бабе Вале, коробку с чумазыми котятами и пожаловался на полную зообездуховность местных аборигенов и на их бесконечную жажду наживы.