« Тем не менее, убийство сборщика душ
―
большое достижение. Кто знает, сколько бы бед он успел причинить... Серебряный ранг кажется подходящей наградой, но она вступила в гильдию только вчера...»
« Ну, раз её послала Никса, то у неё неплохой потенциал... стоит заняться этим лично.»
― гильдмастер принял решение.
« Ну, раз её послала Никса, то у неё неплохой потенциал... стоит заняться этим лично.»
―
― Найди меня снова, когда будет удобно. Я проведу для тебя экзамен повышения до серебряного ранга. Не дело тому, кто смог одолеть сборщика душ, прозябать среди простых дел. Также возьми этот лист, с ним ты получишь награду за убийство сборщика ― двадцать пять золотых монет.
―
―
Аксея без особых эмоций на лице восприняла эту информацию. Для неё продвижение по рангу не было такой проблемой, как для многих других, а двадцать пять золотых монет значили лишь то, что она ещё двадцать пять раз сможет заплатить Никсе за жильё, хотя уже и сделала это на год вперёд.
Но, всё же, было и то, что заставило её немного улыбнуться в душе.
« Спарринг с таким сильным человеком будет очень полезен!»
― девушка предполагала, что проверка будет похожа на ту, что она проходила при вступлении, а потому надеялась на возможность сразиться с Эдвардом.
« Спарринг с таким сильным человеком будет очень полезен!»
―
Сильные противники ей сейчас были необходимы. Только благодаря подобным испытаниям она могла становиться лучше, находя свои слабые места и быстро их устраняя.
Но, с другой стороны, сильный – значит опасный. Каждый раз искать кого-то выше своего уровня, все равно, что ходить по краю пропасти. Неприятность может случиться в любой момент, что повлечет серьёзные, если даже не фатальные, последствия.
Сама же возможность сразиться с Эдвардом была прекрасным даром, если так задуматься. Но гильдмастер и не подозревал, что его жестокая проверка может быть так воспринята, а потому со спокойной душой продолжил:
― Насчёт внезапного появления сборщика душ у границ города наша сторона проведёт тщательную проверку, поэтому не стоит переживать, ― пускай его слова и внушали доверие, сам Эдвард в это время думал:
―
―