По спине Пирса пробежал холодок, пока Малкольм сохранял свою профессиональную бдительность.

Лишь Никса, как ребёнок на экскурсии, разглядывала каждый предмет, то охая, то ахая, от изумления и удивления.

Аксея с группой попали в тот же самый коридор, через который в прошлый раз её провёл волшебный ворон.

Оказавшись в том же самом месте, и не встретив ту птицу, девушка решила провести их по памяти прямо к так называемой столовой.

Всю дорогу до предполагаемого места встречи Никса восхищённо озиралась вокруг. Каждый выставленный предмет казался ей чем-то великолепным и прекрасным.

«Кто же владелец всех этих сокровищ?» - женщину разъедало любопытство, и она даже забыла, насколько ужасно может быть это существо.

Малкольм тоже казалось расслабился, правда по совсем другой причине.

«Я ничего не смогу сделать...» - охотник и бывалый авантюрист понял, что не стоит даже пытаться что-то предпринять. У него не было шансов, а потому он перестал попусту беспокоиться.

Пирс же стал серьёзнее. Образ труса исчез. Жулик прекрасно понимал, что малейшая ошибка может стоит не только его жизни, но и всех вокруг.

«Подобные места явно не по мне...» - с сожалением подумал он, осознавая, что не стоит лишний раз раскрывать рот. Его главное оружие и талант, здесь могло сыграть с ним злую шутку.

Таким образом группа дошла до столовой.

Там на удивление Аксеи оказались три фигуры.

Во главе стола, уже можно сказать традиционно, сидел Мистер Зет. Он был одет в чёрный фрак, пока его голый белый череп блестел под светом ламп.

Справа от него расположилась Госпожа Правда. Её легкое белоснежное одеяние и золотая кожа сразу бросались в глаза. Как только группа вошла в столовую, женщина, неожиданно для Аксеи, впилась взглядом в Пирса.

От такого внезапно пристального внимания, мужчину пробрал озноб.

Слева от Мистера Зет находился Отшельник. Состоящее из тумана существо в образе старика с посохом в серой мантии и отчуждённо рассматривал каждого входящего, пока его взгляд не зацепился на Никсе. Казалось он заметил в ней что-то родное, понятное только ему.

Глаза Никсы в свою же очередь метались между ним и Мистером Зет. Будто дитя, не способная выбрать между двумя игрушками.