Вся тьма воображаемого мира неохотно последовала его воле. Его власть над тьмой была тем, что даже необычные законы царства подсознания не могли игнорировать.
Тени со всех уголков этого небольшого пространства закружились в сторону Пирса. Вихрь первозданных частиц тьмы заключил жулика в путы, ограничивая все его возможности.
Удушающая тьма быстро набирала темп, стараясь растерзать жалкого червя, разорвать его бренное тело на множество осколков!
Но мужчина не унывал. Обычный беззаботный вид был давно стёрт холодной решимостью и леденящей душу улыбкой. Как правило, беспечный простак сейчас напоминал охотника, вкусившего вкус борьбы.
В его душе загорелась жажда сражения!
Образ самого ненавистного существа в его сердце лишь ещё больше подкреплял это стремление!
С этими мыслями вихрь стал штормом и окончательно поглотил похожего на муравья Пирса!
Довольная ухмылка недолго играла на лице Ану-Эра. Когда владыка тьмы уже было решил, что с этой маленькой неприятностью покончено, совсем в другой стороне от шторма, из ниоткуда вынырнул совершенно невредимый Пирс.
Пускай удалой мошенник и избежал катастрофы в самый последний момент, это никак не ставило его в проигрышное положение, даже наоборот. Благодаря этому манёвру его власть над воображаемым миром окончательно окрепла, давая тому неплохую уверенность в собственных силах.
Ану-Эр хмыкнул, глядя на всё ещё живого муравья. Бог Тьмы направил на него вторую атаку, затем третью... четвёртую...
Это недостойное насекомое изрядно поиграло на его нервах за эти несколько мгновений. Уже само его существование било по гордости высокомерного бога. Надменный Ану-Эр отказывался признавать, что не может прихлопнуть эту назойливую муху.
Поддавшись своей злости и ярости он и не заметил, как круто ухудшалось его собственное положение.
Чем дольше Пирс избегал его ударов, тем больше возрастала его власть. Дошло до того, что различные знания о разуме и душе стали вливаться прямо в голову. Степень синхронизации достигала невиданных высот, позволяя ему стать полноправным королём этого места.
От маленького воображаемого мира к царству подсознания протянулась тоненькая духовная нить.