– Трудный выдался день? – спрашиваю я.

Он снова кивает.

– Я, э-э, – он делает вдох, – думал, ты еще болеешь.

– Я и сама так думаю. – Я устала больше, чем хотела бы признать перед ним. – Но я рада быть дома, и доктор Хант выписала мне отгул на следующую неделю, так что я решила приготовить для тебя небольшой сюрприз. Ты не голодный?

– Я пропустил обед. Просто не успел проголодаться. – Он призадумывается. – Ну да, наверное, все-таки не стоило.

– Следуй за мной! – Я веду его в комнату, усаживаю, возвращаюсь на кухню и врубаю микроволновку. Подхватываю парочку бокалов, полных вина, и несу ему. Сэм ничего мне не говорит, но он явно взволнован. Его взгляд отслеживает все мои маневры, будто я – не я, а самонаводящаяся ракета. – Вот. Тост за наше будущее?

– Наше… будущее?.. – Сэм ошарашен мгновение, но потом что-то проясняется в его закисшем сознании, он поднимает свой бокал и (наконец-то) улыбается мне, сдавшись какому-то внутреннему сомнению. О да!

Я поспешно возвращаюсь, чтобы разобраться с ужином, и вот мы едим. Я почти не чувствую вкуса еды, потому что, по правде говоря, наблюдаю за Сэмом. Я была так близка к тому, чтобы потерять его, что каждое мгновение кажется хрупким будто стекло. Во мне выкристаллизовывается огромное и сложное чувство нежности.

– Расскажи мне о своем дне, – прошу я, чтобы вытянуть из него хотя бы пару слов, и он бормочет бессвязную историю о пропавших бумагах для судебного приказа или что-то в этом роде, все время наблюдая за моим лицом. Мне приходится уговаривать его поесть. Когда он управляется со своей порцией, я прохаживаюсь вокруг стола, чтобы забрать его тарелку. Буквально чувствую на себе жар его взгляда.

– Нам нужно поговорить, – заявляю я.

– Точно, нужно. – Ну хоть сейчас его голос полон эмоций. – Рив…

– Пойдем.

Сэм встает.

– Куда? Ты чего это, Рив?

– Ну давай же. – Я протягиваю руку, хватаю его за галстук и осторожно тяну. Он следует за мной в холл. – Сюда. – Я медленно поднимаюсь по лестнице, прислушиваясь к его резкому дыханию. Он не пытается освободиться, пока мы не встаем у дверей спальни.

– Не стоит, – хрипло говорит он. – Не знаю, зачем ты это делаешь, но… не стоит.

– Пошли-и-и. – Я слегка тяну его на себя, и он вместе со мной переступает порог спальни. Тогда я наконец отпускаю его и поворачиваюсь к нему лицом. Одного взгляда на него достаточно, чтобы в промежности разлилось тепло. В конце концов, это Кей. Ничто не имеет значения более. – Я люблю тебя, идиотина.

Я замираю. Мои глаза расширяются, когда я вижу, как расширяются его зрачки и он выглядит озадаченным: я понимаю, что он не слышал меня!