«Теперь понятно и то, почему она покончила с собой в одной из вселенных… Видимо, я как-то напомнил ей про Нотера…»

[Сьюзи: …]

[Эгбург: …]

[Сьюзи: …]

[Эгбург: …]

[Сьюзи: Преврати меня в камень… Я посплю здесь.]

[Эгбург: Хорошо… Я… Прости, что ты….]

[Сьюзи: Не передо мной надо извиняться.]

[Эгбург: …]

[Сьюзи: …]

Юноша провёл ладонью по девушке и платье с лёгким шорохом свалилось на пол.

[Эгбург: …]

Всё это время все во дворце всё сваливали на юную принцессу. С рождения она стала нелюбима семьёй и двором из-за своей бездарности.

Иоллота обвиняли в соитии со служанкой, а над тогда ещё маленьким Эгбургом смеялись, что наследник императора должен был жениться на бастарде.

Если кто-то и обвинял в чём-то маленькую принцессу, то обычно в этом даже не разбирались, а порой даже сами родственники маленькой Сьюзи придумывали, как отыграться на ней за всё то унижение, что они якобы еле выдерживали.

[Эгбург: …]

Юный принц помнил, как он стоял в покоях отца и учил грамоту, а в комнату вбежала маленькая Сью с дикими воплями. Она говорила, что её трогал дядя Нотер, а в руке была пуговица с его брюк.

Отец тогда отругал её за дурачество и лишние вопли. И каждый следующий раз… Всё повторялось…

Даже когда она обратилась к своему старшему брату Эгбургу, он ответил…

Он ответил: «Хватит дурачиться, глупая».