— Черт, — сказал. — Он умирает слишком быстро.

— Иллисех, — крикнул Ронни, — даже не думай проигрывать!

— Ага.

Новый «анализ» показал точное расположение всех пораженных органов. Он начал делать небольшие надрезы в коже и высасывать черную магию, словно яд, в небольшие магические пузыри, но и это оказалось слишком медленно. Скверна уже подобралась к пищеводу. Следующий пункт легкие, сердце и смерть. Дракон издал истошный рык и опустил голову на пол.

Иллисех пощелкал пальцами и погрузился в состояние медитации. Эймерлин и Ронни за ним внимательно наблюдали.

— Попробуй уничтожить скверну тем же самым способом, которым ты убил темных существ.

— Не мешай мне своим идиотизмом! Это боевые заклинания, они разорвут его внутренности. — Глаза Иллисеха вдруг забегали, — но… ты навел меня на одну мысль, не знаю, сработает ли…

Целитель использовал сам на себя заклинание «Кирие Элейсон» и превратил свое тело в сосуд для поглощения, затем через прикосновение он начал впитывать в себя скверну. Такой способ вытягивал темную магию гораздо быстрее предыдущего, однако тело Иллисеха едва выдерживало напряжение. Его глаза окрасились в фиолетовый цвет, кожа становилась серой и черной. Ронни узнал почерк ловушек из леса.

Иллисех очистил пищевод и использовал заклинание «Трансформация в свет» и выпустил накопленную энергию в сторону. Однако часть темной магии успела поразить его внутренности. Из носа потекла струя крови. Отступать уже некуда, подумал он и продолжил свой ритуал. С каждым новым раундом ему становилось все хуже. На пятый раз его левая рука отказала. На восьмой в его дыхании появились хрипы. Иллисех трясся, как от удара электричеством. Ноги согнулись, он упал, правую руку не опускал.

— Слишком много частей тела поражено, — проскулил он и продолжил.

Когда органы очистились, остались мышцы и кости. Целитель приступил к вытягиванию проклятья из лучевой кости, но уже в этот момент понял, что ему никак не справится с таким объемом работы. Его тело обмякло, он упал и последнее, что он услышал перед потерей сознания — это крики Ронни, столь далекие и нечеткие, они казались чем-то потусторонним, незначительным, словно легкая слуховая галлюцинация.

Через пару часов Иллисех открыл глаза. Он находился в том же тронном зале, рядом сидел Ронни, склонив голову, за его спиной стояла Эймерлин, а перед ним лежал мертвый дракон. Целитель с трудом поднялся и посмотрел на свои руки, кожа черная, бурлит темной магией.

— Ты как? — спросил Ронни.

— Как будто меня окунули в бочку с кипящей смолой.