На земле, на покрытых копотью каменных обломках и на искалеченных телах.

По всей видимости, то ли ифриты, то ли ученички-колдуны Смешного Гурлина неведомым образом подорвали главные ворота и превратили в ничто всех наемников, стоявших на стенах. Обугленные и изломанные тела наиболее шустрых валялись под стеной в грязи в закопченных и оплавившихся доспехах.

А дальше пошел основной костяк армии Кровавого Ужаса, цель которого было бессмысленное и беспощадное заваливание мясом всех, кто сбежался к дымящим руинам, пытаясь сформировать защитный строй и параллельно с этим возводить баррикаду из всего что найдется под рукой.

Мост, относительно габаритов демонов, был достаточно узким, а посему просто колоссальный перевес в количестве сходил на нет. Ощетинившаяся кольями пасть рва перемалывала скинутые за невысокие ограждения тела мертвецов или еще живых неудачников. Ломались позвоночники, дробились черепа, острое дерево застревало во внутренностях, растягивая жуткую агонию на несколько часов. Измазанные в крови и грязи трупы слепо смотрели в небо, терпеливо ожидая приход стервятников, некромантов и прочих падальщиков.

Разорители предпочитали широкие рубящие удары, оперируя понятием "один удар — один труп", а посему в поле зрения не было ни одного жмурика, за исключением демонопоклонников, идущего плюс-минус одним куском. А бесам нравился вкус еще живой плоти, отчего они терзали тела павших, покуда еще шла битва за остатки ворот.

Очень много крови, покрывшей каждый миллиметр всего этого побоища.

Ноги скользили по настоящему ковру из внутренностей, чередующемуся отрубленными конечностями и вырванными из тел шматами кровоточащего мяса.

Раскроенная черепная коробка, выблевывающая из ощеренной обломками костей пасти ошметки мозгов.

Полуэльф, которому какой-то добряк бесплатно провел полевую операцию на сердечной мышце, вскрыв грудную клетку, вытащив биологический моторчик со своего привычного места вместе с куском легких, но забывший вернуть все это брызжущее кровью непотребство на место.

Разрубленный от плеча до пояса еще зеленый пацан в хреновой кольчуге и таким же хреновым по качеству копьем. Верхняя часть, увенчанная перекошенным в диком ужасе лицом и слипшейся в нечто неразделимое шевелюрой, прикреплено к нижней одним измочаленным лоскутом плоти. Сизые ленты кишок вместе с прочими почками, желудками и селезенками веером раскинулись на резное ограждение, в паре мест украшенное выбоинами от нечестивых клинков рогатых инфернальных ублюдков.

Какой-то чувак с откушенной физиономией. Засохшая кровь бурой чешуей покрывает голый череп. Его руки и ноги обгрызены практически до костей, лишь немного кровоточащих нашлепок измочаленного мяса остались в районе раздробленных в труху плечевых и тазобедренных суставов.