К которым жрец незамедлительно и приступил. Вначале долгое песнопение, с воскуриванием различных трав в жаровнях, а интересные эффекты у песенок и травок, в интерфейсе отобразился дотт работающий исключительно на различных темных духов, очищают кости от возможных гостей?

Дальше шло омовение костей, какой-то жидкостью, на первый взгляд обычной водой, а посмотреть её характеристики никак не получалось. При этом жрец периодически бросал на меня недовольные взгляды, интересно за что, неужели из-за того что не все кости, или просто что-то личное.

А вот дальнейшее повергло меня в шок, он поместил кости на алтаре, довольно большом изукрашенным различным драгоценными металлами и камнями, куске какого-то дерева. Над которым на высоте где-то полуметра возвышалось искусно вырезанное дерево. Впрочем, может и не вырезанное, изменил я свое мнение, увидев и услышав шуршание листьев, когда на алтарь уложили кости. А дальнейшее как раз и ввергло в шок, деревцо начало опутывать каждую косточку своими корнями, после чего от неё оставалась только пыль. И происходило это с такой скоростью, что буквально через две минуты ни одной целой косточки не осталось.

Получившуюся пыль жрец собрал в небольшую шкатулку из какой-то коры, настолько тонкой, что она прогибалась под его тонкими пальцами. И вновь пошли песнопения.

В общем сложности это все заняло часа два, после чего он передал шкатулку Лиране, и указал куда-то в глубину парка, и лишь после этого мы вышли из храма.

— Ненавижу эльфийские обряды. — Стоило нам только выйти, сказала она.

— Понимаю. — Я сам уже от скуки чуть ли не засыпал, хоть и видел все это в первый раз. — Что дальше у нас?

— Похоронить, жрец указал, где можно закопать.

— А, чем копать у тебя есть? — с подозрением уточнил я, резонно предполагая, что копать, придётся мне.

— Неа, — она рассмеялась. — Впрочем, копать не придётся, это же эльфы, само под землю уйдет.

От храма мы отошли шагов на триста, когда вышли на небольшую полянку, девушка удовлетворено кивнула, и на краю полянки пристроила шкатулку. После чего сделала несколько шагов назад, будто только этого и ждали, шкатулка плавно погрузилась в землю.

— Все?

— Не, — она отрицательно качнула головой. — Ждем. А вот теперь все. — Почти сразу же исправилась она, стоило из земли показаться не большому ростку. — Лес принял своего адепта. Учитель будет рад. Можем возвращаться.

И мы направились к выходу из парка, общаясь о всякой ерунде, оба старательно не касались темы ритуала. Мы прошли где-то полдороги, когда паучий браслет обжог мою руку, не удержавшись, я вскрикнул, и поспешил закатать рукав, я затряс рукой пытаясь остудить браслет.