Непосредственно начало штурма защитники Твердыни чуть было не пропустили. Дело в том, что кружащие на большой высоте, чтобы по ним бесполезно было стрелять с земли, драконы постепенно принялись снижаться ниже и ниже. Их самих становилось больше, но происходило это так постепенно, что почти никто не обратил внимание. Наконец какой-то особенно внимательный гном заметил, что расстояние уже позволяет уверенно достать до кружащих над горой-крепостью бестий, а им самим позволяет беспрепятственно разглядывать и выискивать замаскированные укрепления на земле.

Не подозревая что, они замечены, драконы продолжали свои воздушные игры спускаясь ниже и ниже.

Пока, наконец, несколько башен одновременно не открыли огонь выбрав удобный момент и положив первые стержни точно в расслабившихся тварей. Понимая, что только первый залп может быть произведён почти в полигонных условиях, тысячник приказал использовать во время первого залпа зачарованные боеприпасы. Одно попадание такого стержня, отнюдь не смертельное в обычных условиях, дополнительно наносило удар замораживающей плоть ледяной магией, жгло огнём, отравляло ядом, кипятило кровь в жилах или напрямую превращало плоть в прах силами концентрированного некроса.

Оказавшись под обстрелом, драконы мигом скоординировались, разбились на двойки или тройки, так чтобы один мог атаковать, а второй защищал бы обоих и напали на обнаружившие себя башни. Ящеры жгли огнём, сбрасывали алхимические бомбы и просто массивные камни. С их спин спрыгивали и пытались забраться в окна-бойницы слепленные ревендельскими некромантами многоногие и многорукие конструкты похожие на собранных из плоти разумных пауков размером в половину человеческого роста. Эта немёртвая гадость стремилась запрыгнуть сразу в бойницу или забраться на вершину башни по стене, цепляясь многочисленными руками за каждый крохотный выступ, а если таковых не было, то вбивая в щели между камнями ржавые кинжалы, мечи, серпы или хотя бы простые ножи и по ним, как по ступеням забирались наверх.

Вскоре стало понятно, что первая волна это ещё не сам штурм, а только лишь попытка заставить гномов обнаружить стрелковые позиции своих копьеметателей и либо их уничтожить, либо связать боем, позволяя основным силам невозбранно подойти ближе.

Однако и командующий обороной Твердыни тысячник оказался военачальником не из последних. Подчиняясь его приказу часть башен, сжав зубы, сидела тихо, не вмешиваясь в перестрелку с драконами и ждала подходящего момента. Когда наземные силы попытались взойти на гору-крепость, их часть пришёл. Вниз полетели алхимические бомбы, пропитанные алхимией снаряды, кувшины с горящей жидкостью, усиленные стрежни пронзали по три или четыре орка за раз или в костную пыль разбивали особенно крупные и опасно выглядевшие конструкты, гонимые некромантами на штурм.