Она ткнула пальчиком в точку на карте, обозначающую фамильное поместье моего Рода.

— Ого! Показатель выше в два раза.

— Вот именно! Но есть и обратная ситуация. — Она указала на другую точку. Показатели там были почти в полтора раза ниже показателей других домов. — Теоретически, в этом доме присутствие Черноты должно быть ниже, чем в остальных. Значит, риск того, что на тебя на первых же этажах нападут сильные монстры или сама Чернота, намного ниже…

Над её предложением я думал недолго. Спорить с наукой я привычки не имел.

— Туда и пойду!

Одной подготовкой оборудования и определением Чёрного дома мои сборы не ограничивались.

Каждый день я не только ходил в Академию, исправно поглощая новые знания, но и занимался дополнительно.

Каждое утро начиналось с дружеского спарринга с Борзовым. Обычно он появлялся в номере только под утро, но всегда каким-то чудом заставлял себя раскрыть глаза и устраивал мне такую трёпку, от которой потом болел буквально каждый мускул.

Бойцом он был великолепным, мечом владел виртуозно, и от него я узнавал куда больше, чем от преподававшего фехтование Дорохова.

— Эх, тебе бы с братцем моим сразиться! — фыркнул Борзов, когда я, нечеловечески разогнавшись, всё-таки сумел чиркнуть тренировочным мечом ему по груди. — Вот уж кто умеет драться, так это он! Даром, что он выглядит как заправский франт, да всё любит делать чужими руками, сражаться он умеет, это факт…

От знаменитого бойца Николая слышать такую похвалу было непривычно. Уж если он кого-то хвалит, то это точно достойный фехтовальщик!

После нашего спарринга Борзов обычно залпом выпивал бутылку пива и отправлялся спать на целый день. Ничем кроме пьянствования и тренировок со мной он не занимался. Так что можно было сказать, что наше соседство было успешным. Во всяком случае, за всё время, пока он жил со мной, он никого не убил и не запугал. Можно сказать, отличный результат для известного буйным характером князя!

Помимо Академии и фехтования по вечерам я усердно занимался с Морозовой.

Её уроки позволили мне совершить настоящий прорыв. Пусть она и изматывала меня бесконечной медитацией и странными упражнениями, направленными на развитие Дара, результат был налицо. За невероятно короткий период в несколько дней я сумел освоить то, на что обычные Одарённые тратят по меньшей мере месяцы.

Теперь создание энергетических шаров и плетей не представляло для меня никакого труда. Шары я мог создавать разных размеров и мощности, фактически выстреливая ими как из пулемёта. Плети же стали ещё более плотными и опасными. За раз у меня получалось создать до десяти штук. При этом каждую я мог контролировать вплоть до формы и направления движения. В момент использования этой техники со стороны я выглядел как какой-нибудь осьминог. Вид, наверное, забавный, но опасность техники сложно было переоценить.