– Что есть у входа? – вопросил Александэр. – Есть какие-нибудь следы?

Бретонец согнулся над полом, мгновенно осмотрев его профессиональным взглядом, выискивая каждую мелочь, каждую деталь, которая дала бы наводку на что-нибудь.

– Да, господин, – бретонец поднялся, а в его пальцах, обтянутых перчатками сверкнул небольшой кусочек металла, вшитый на зелёно-бурое полотно ткани. – Руническое око на гербе Чейденхола.

– Хорошо, внесите это в протокол. Ещё?

– Нет.

– Хорошо.

Группа приблизилась к трупам. Азариэля окатила страшная вонь, вызванная смешением смрадных запахов, и парень едва пошатнулся назад, но смог устоять на ногах, в отличие от сородича, изгнав из сознания помрачение.

Голову Гэ’эль резко вскружило от страшного «аромата» сумасшествия. Девушка сделала неуверенный шаг вперёд, чтобы увидеть тела, но перед глазами всё поплыло, а черты трупов размытой пеленой встали перед глазами, застлав взгляд. Её конечности обмякли, единовременно лишились контроля, и девушка ощутила, что только могущественным усилием воли держит себя на ногах.

Азариэль только смог подскочить к эльфийке, когда её ноги размашистыми шагами повели тело вперёд, и схватить, дабы не дать девушки рухнуть в объятия трупов. На крепкие руки юноши пала хрупкая девушка лет двадцати шести-тридцати, оставаясь в таком состоянии сознания, что звуки окружающего мира ушли на второй план, уступив место собственным мыслям.

Дремора, ранее спокойно стоявший и взиравший на следственные действа, стал мерцать и пропадать из реальности, готовясь вернуться в объятия мира тёмного. И только единственный человек сориентировался:

– Съём памяти прекращён по важным причинам! – крикнул Александэр, взбудоражено смотря на то как с тонких эльфийских пальцев девушки мелькнуло заклятье, заточившие память существа в неком камне на поясе.

Как только Азариэль вынес девушку, Александэр не смущаясь, твёрдой поставленной речью, продолжил:

– Мы находимся в помещении разбитой избы, расположенной к югу от Чейдинхола, примерно в километре. Прошу записать в протокол, что обнаружены шесть нагих тел, – следователь приблизился к трупам, рассматривая их внимательно и говоря для протокола. – Запишите – тела лежат на спине, ноги и руки вытянуты в сторону алтаря, образуя шесть ровных лучей.

– А как же съём памяти, господин?

– К чёрту это колдовство. У нас есть протокол, а если что-то пойдёт не так, допросят каждого по отдельности, вот и всё. Продолжаем.

Следователь склонился над телами, ловя обонянием гнилостные аккорды разложения, смешанные со спиртовыми парами. Три женщины – все стройные черноволосые имперки и три мужчины – светловолосые мускулистые нордлинги, разбавленные одним данмером.