– Готовьтесь, свобода грядет. Скоро, совсем скоро, через неделю к вам явиться войска освобождения и положат начало славному походу на Тамриэль. А я… моя задача проповеди окончена. Да смилуются надо мной Сангвин и Даг-он, – и договорив на последнем издыхании, Андерсон обмяк, испустил дух, уставив посмертный взгляд в глаза бывшего друга, который взмахом руки скрыл его взор, опустив веки, отпуская томный шёпот:
– Покойся с миром, брат, да помилуют тя боги.
– Это как сказать, – стал потирать руки Клинок. – Нам нужны сведения насчёт их деятельности. Такова наша миссия – обеспечить безопасность Империи и императору.
– И что вы будите делать? – обеспокоился Ремиил.
– У нас говорят даже мёртвые… и Гильдия Магов об этом необязательно знать, – загадочно ответил Клинок.
Глава 23. Упреждающий удар
Глава 23. Упреждающий удар
Спустя два дня. Морровинд. Молаг Амур.
Небеса над головой молодого эльфа покрыты тоннами серого пепла, отравляющими воздух, от которого хочется сорваться на кашель. Тело укрывает плотный чёрный доспех из кожи, усиленный пластинами эбонита, под которым тканевая рубаха, но даже они не спасают от множественных песчинок вездесущего пепла. Стоит поднять голову выше и становится видно, как впереди, небесная твердь подпирается ужасающей горой, увенчанной короной из труб пепельного дыма, смрадной дланью, застлавшей половину Вварденфелла. На самом конце горы маячитвенец огненного буйства, готовый в любой момент излиться реками лавы по высоким склонам.
Азариэль погрузился в воспоминания и понял, что уже много времени прошло, когда в последний раз он поднимал меч против врага, не связанными сгнившими братскими узами. Для воина это мучительное бремя, но он не падает в глубины личной бездны, не даёт поглотить себя слабости, вместо этого направляя все умения на убийство бывших братьев и сестёр.
И в эту мрачную гористо-изрезанную пепельную пустошь его привёл убийственный долг, важный приказ, отданный в надежде остановить заразу, которую несут предатели. Для Азариэля, Молаг Амур – гористая местность, угольно-чёрная земля похожая на пепельно-серую картину, нарисованную в тенях художниками самого разрушения. В ней он видит возможность смертельного искупления для отступников и невыносимый зов проклятья для себя.
С безумно построенной, разветвлённой крыши храма, посвящённого тёмным, силам он наблюдает за процессией внизу. Неизвестно даже имени строения, на которое он под покровом плаща неведомости и заклинаний телепортационной левитации забрался. Нет того, что отзывалось бы зловещим воем в пепельных бурях, а это к лучшему. Чем меньше публики будут знать о том, что твориться в тени Тамриэля, тем славнее.