Рыцари посмотрели вниз, звеня ботинками о раскроенную броню, похолодев душами от мириад безжизненных глаз врагов и верных Ордену, одинаково устремлённых на небо, подобное бездне. Если бы мертвецы могли умолять, то поле наполнилось бы стонами к Богу, чтобы Он не оставил их тела.

Азариэль, сглотнув, увидел, как на ветру полощется стяг Ордена. Такой же рваный ми потрёпанный, как и выпотрошенный знаменосец у древка стяга. Воющий ветер стал похоронным гимном тех, кто пролил кровь, и никто об этом подвиге не узнает.

– Господин паладин, – голосом, трясущимся позвал Азариэль. – Я хотел спросить.

– Что спросить?

– А что случилось с южной частью острова? – спросил юноша, проведя острием меча по полю, усеянному плотным ковром выпотрошенных и обожжённых тел. – Тут хоть кто-то живой остался?

Азариэль знал, кто здесь был; всеми силами души он оттягивал возможность самого худшего варианта, но в глубине сознания понимает, что его надежда тщетна. Быстротечно он рыщет средь тел в поисках знакомого лица, того, кто держал эту часть острова, но глаза рябит от количества крови, слабо мерцающей от света немногочисленных кострищ.

– Их жертва позволила части войск отступить, – речь паладина холодна и бесстрастна. – Никто не выжил.

Сердце Азариэля наполнилось горем и печалью, которые притупили усталость. От такого известия он чуть не рухнул на землю, но Ремиил поддержал его. Такая боль и по ногам, что другу пришлось закинуть альтмера на плечо и помочь дойти до укрытия.

– Мне жаль, – со скорбью сказал старый рыцарь и потащил в цитадель Азариэля, который практически онемел от переполнявшей его ярости, смешавшейся с болью утраты.

От берега ветер донёс звуки переговоров и молву.

Азариэль замер, вслушиваясь в воющий ветер. Звуки ветра доносят чей-то разговор, неся символ жизни. Воины направились туда, обступая трупы и вязнув в земле. Песок стал багровым и пропитался таким количеством крови, что уподобился тягучей трясине.

– Воины Ордена! – со стороны брега раздался крик.

Все моментально обернули голову, завидев, как с пляжа ступают альтмеры в золотистой броне и ярко-жёлтых плащах, которые подхватывает ветер. Руки эльфов заняты длинными луками, а за спинами мелькают рукояти двуручных мечей. В глазах эльфов Азариэль разглядел ужас и отвращение, когда они увидели полог из трупов.

– Мы пришли, чтобы сразиться за Орден, – вперёд вышел эльф, лицо которого утонуло в тенях. – Ваш Регент призвал нас на битву. Я Андолемар Фестхолдский.

Азариэль не смог улыбнуться тому, что воочию видит этого альтмера, о котором рассказывала Гэ’эль.