Но на полном серьезе верить в слова чувака с именем Йинах... Для этого мне надо было сначала долго медитировать на высокой горе или предаваться блуду до исступления. Короче говоря, чтобы чувство юмора отключилось.

Мне вот, например, сама Богиня однажды напророчила, что у меня отсохнет язык, а за ним и самое святое. Ну это она из ревности. Чем руководствовался этот почитаемый пророк, мне было неизвестно. Может у него тоже всё плохо было с личной жизнью.

— Ну... — затруднился я озвучить свои мысли. — Скажем так, не отрицаю. Иногда осуждаю. В основном пофиг.

— Да и хрен с тобой, — сдался воевода, но не расстроился. — Пророчествам неважно, верят ли в них. Тут либо сбывается, либо нет. Так вот, про меч Йинах сказал так, — он нахмурился, вспоминая: — Орудие сие возьмет в руки отрок, что придет из тьмы, но принесет оттуда свет. Путь его сокрыт и ведет ко злу такому, коего не видел мир людской. Придут за ним беды, одна страшнее другой. Он сам их принесет, во имя очищения. Но если будет дарован истинный свет, то в его руках окажется не простое орудие, а шанс всего живого.

— Охренеть как пафосно, — не выдержал я. — И ни о чём, уж простите, воевода, не хочу обидеть вашего Йу... Йинаха.

— Много ты понимаешь, — всё таки обиделся мужик. — Не бывает так, чтобы в пророчестве прямо было сказано. Между прочим, их расшифровкой много специально обученных людей занимается.

— Вот и я про это. Сказать прямо что, нельзя? Время, дата, место, участвующие лица? А так — свет, тьма, отрок и орудие. Ну да, шанс! Дайте угадаю, я же не первый, кто смог меч в руки взять?

Бутурлин потупил взор, принявшись крутить пустую рюмку в руках.

— Не первый, — сознался он. — С чего княже патриарха то позвал сегодня. Бывали... прецеденты. Ну а ты? Что, неужели не испытываешь никакого священного терепта и почтения?

— К мечу да. Он действительно особенный, — расплылся я в улыбке мартовского кота, нежно погладив навершие. — Оружие, поющее в руках и послушное, при этом обладающее своим характером. Вот к этому я испытываю и трепет, и прочее по списку. А вот эту вашу муть про свет, тьму и остальные проблемы со зрением, оставьте себе.

— Нда, ты точно не он, — вздохнул воевода и налил ещё. — И слава богу.

— Чего это? — такого моя ранимая душа не могла стерпеть и я тут же захотел записаться в былинные герои. — Так то я могу. Не хочу просто...

Просидели мы долго. Бутурлин рассказал мне ещё несколько сказок, связанных с мечом. Сначала неохотно, но потом увлекся, да и меня увлек. Странно, но талант рассказчика у военачальника оказался недюжинный. Хотя все предания были о битвах и борьбе с нечистью, так что говорил он о том, что искренне любил и уважал.