Устроил небольшой пожар и тихо смылся. Надо бы сказать Владу, какую гадюку он пригрел у себя. Но сначала самому пообщаться с Шуйским. Похоже, он кое-что знает про ситуацию с Тенями. Ну или просто идиот, полезший в самое дерьмо ради силы. Я ничего не исключал.

Питомец нагнал меня на пути обратно. С виду целый и очень довольный. Позади нас расходился пожар, зазвонили колокола и зазвучала сирена пожарных машин. Мы немного ускорились.

Спал я, как младенец. В том смысле что постоянно просыпался, разве что не орал и не ссался. Беспокойные сны ко мне лезли всю ночь, да и опочивальня вдруг стала некомфортной. Так как наша новая домоправительница обустроила ведьме отдельную спальню, я вернулся в каморку. После этих дьявольских птиц казалось нужно полвека, чтобы в спальне можно было жить.

Родовую книгу Сабуровых я засунул в коробку, под кровать. Вызывать курьера для такой ценности было как-то неловко, а навещать княгиню некогда. Можно было вызвать машину, но я так и не обзавелся телефоном, да и её тачка в Цитадели выглядела бы провокацией. Я же вроде обещал вести себя прилично, кому-то...

Завтрак проходил торжественно и тихо. Нина Федотовна организовала доставку, заставила всех собраться в одной из комнат, переоборудованных в столовую. Только что руки на чистоту не проверяла. Так что все сидели и степенно пили кофе, изголяясь в манерном подковырывании яичницы. Получалось у всех одинаково плохо. Но под добрым взглядом старушки все продолжали стараться.

Дарья бросала на меня просящие взгляды, да и Дэн с сестричками не отставали. Я понял, что всем снова срочно нужно со мной пообщаться. Выиграл эту привилегию воевода, явившийся под конец трапезы. Но его сначала тоже усадили и накормили.

Бутурлин пытался принять грозный вид и что-то сказать, но эту попытку Нина Федотовна пресекла, просто зловеще мило улыбнувшись.

— Ну что, готов предстать перед справедливым судом и оправдать... Ну то есть снять обвинения? — спросил он, когда мы почти сбежали от цепких лап бабульки, продолжающих нас упрямо откармливать как тех гусей для фуагра.

Я был готов хоть в кандалы на главной площади, лишь бы перестать жрать. Доволен новым порядком был только Денис, да и тот с сожалением смотрел, как мы с воеводой уходим. Я начал догадываться, как она излечила от икоты детей...

Погода, так радовавшая последние дни, резко передумала. Небо заволокло грозовыми тучами, ветер порывами поднимал вверх пыль, деревья шатались пьяными, где-то далеко над озером уже сверкало.

— Ты ничего, случайно, про ночной пожар не знаешь? — как бы невзначай спросил Бутурлин, пока мы шли к княжеским палатам.