— Владислав Мстиславович, я тут подумал, что мой отдел имеет смысл расформировать. Ведь засечников не сегодня завтра растащат по научно-исследовательским лабораториям и родам, соответственно, никакой работы с ними не будет. Опять же, его существование вызовет лишние вопросы к вам и зависть к нашей троице. Кстати, аналогичные нам не нужны: сразу после награждения мы отправимся в Зону и не покинем из нее до тех пор, пока не уничтожим последнего корха, оставшегося в нашем мире. Да и потом улетим не в столицу, а в Дагомыс. Жить в тишине и спокойствии. Или… попробуем выкупить хотя бы часть земли внутри старой Стены и построим там родовое поместье.

— То есть, появляться в свете вы не хотите, верно? — на всякий случай уточнил он, получил сразу три подтверждения — от меня, матушки и Даши — и невидящим взглядом уставился в стену.

А мне стало не до него, так как в этот момент чувство леса показало силуэт Шаховой, вернувшейся из убежища, и я невольно затаил дыхание. А еще через миг чуть не взвыл во весь голос от дикой радости — зная, что я жду ее появления, женщина… исполнила короткий, но буйный и очень веселый танец! Страх за деда, естественно, сразу же испарился, и я, поймав взгляд матушки, с намеком опустил ресницы.

Она так же безмолвно уточнила, правильно ли поняла намек, получила точно такое же подтверждение и изобразила намек на счастливый прищур. А через пару секунд к нам «вернулся» государь и задал неожиданный вопрос: — Ратибор Игоревич, скажите, пожалуйста, кто именно раздобыл и доставил на Базу те самые обелиски, которые изучал ваш дед?

Я равнодушно пожал плечами:

— Мы. Но что это меняет?

— Все! — довольно осклабился он. — Российская Империя, Поднебесная и ваша община только воевали, а Червоточину закрыли вы, Елисеевы. И этот факт оспорить невозможно. Поэтому все участники сегодняшней церемонии будут награждены за подвиги, совершенные во время межмировой войны, а вы — и за подвиги, и за ее прекращение. Вот и получите гораздо больше, чем все остальные!

— Сы-ы-ын… — требовательно протянула Бестия, демонстративно повела рукой, и Император сломался:

— Я выделю семью Ратибора Игоревича в отдельный род Елисеевых-Багряных, выделю в качестве родовых земель всю территорию бывшей Зоны, включая Базу, профинансирую строительство достойного поместья, дороги и небольшой взлетно-посадочной полосы. Кроме того, внесу изменения в герб — правда, эти изменения пока еще не придумал — награжу титулом «Опора Долгоруких» Святослава Борисовича и выведу из фокуса внимания Ратибора Игоревича.