—Шам, мы от него не убежим. Надо заманить урода на третий уровень, там стоят чаны с крайне агрессивными формами водорослей фагоцитов. Их вывели как способ борьбы с громадным перепроизводством пластика, но пока что эксперименты оказались не слишком успешными, они жрут вообще все углеводородные соединения.

— А ты то откуда это знаешь?

—А это я их разрабатывал. Ты что, забыл, что я биолог?

—Да я и не знал никогда, мне было не интересно.

—Ну вот теперь знаешь. Мы тут много чего разработали, на третьем и четвертом уровнях. Того, что не должно бы по-хорошему попасть наружу. Но тут боюсь уже поздно

—В СМЫСЛЕ?

—Если ты не заметил, то резервная внутренняя подстанция этого комплекса горит во дворе.

—Да какой идиот ее там разместил?

—Тот, который считал, что генераторное помещение не нужно месту, находящемуся на двух дублирующих контурах электроснабжения — из столицы и из Тарента. Вот только тарентскую линию отрубил ублюдочный Кэнон, типа для экономии городских ресурсов. А столичная не работает уже месяц, после введения в столице военного положения. Так что тут ресурсов — пока не сядут аккумуляторные батареи, а после — я бы не совался сюда и в округу ни за какие коврижки…тут будет дикий сад. Времени у нас — часа три-четыре. Я очень надеюсь, что большая часть того, что тут живет — просто сдохнет от внешних условий. Но не факт, жизнь вообще крайне приспособленческая штука.

— Погоди, а где тут большая красная кнопка самоуничтожения?

— А нет тут таковой, это ж не военный объект. Ни вирусов, ни патогенов, чисто исследования флоры, направленные на экологическую нишу и производство пищи.

— А тогда откуда тут опасные образцы то?

—Ну, а об этом лучше спроси начальника комплекса, доктора Стивена Мартена, если когда-нибудь встретишь его. Он эвакуировался через три часа после сообщения о дне D, уму положено место в правительственном исследовательском центре, защищенном по последнему слову военной техники. Улетая отсюда, он даже не озаботился приказом о свертывании исследований, так что не думаю, что кото по собственной инициативе что-то тут уничтожил.

—Ладно, тогда каков план?

—Смотри, на третьем уровне есть два места, где мы скорее всего прикончим урода. Вариант один я тебе уже озвучил, второй — это более плохой, но гарантированный. В лаборатории н-305 есть крайне любопытная разработка. Растение-паразит, способное размножаться на любой органике, весьма стойкое к любым внешним условиям. Цель разработки — утилизатор для перспективного космического корабля Кентавр, думаю уж об этом уже слышал каждый. Первый прорыв к соседней звезде, все дела. Так вот — там будут проблемы при удалении отходов жизнедеятельности космонавтов, так как в гиперпространстве им предстоит провести год, то удалять, пардон, говно — некуда. Вот у нас и велись опыты по выведению универсального поглотителя. Эти к сожалению — неудачный опыт, они не только копрофаги, но и вообще фаги чего угодно, еще и бешено плодящиеся. Но военные заинтересовались результатом. Так что он был сохранен в заморозке. Так вот. Если ты сумеешь донести даже одну молекулу до этого чувака — он труп. Гарантированно. Только через некоторое время. Лаборант, подцепивший случайно одну частицу этой дряни — умер очень плохо, через шесть часов. Его выжгли огнеметами, а место выжигания заварили и изолировали от остального комплекса. Так что допустить, чтобы после контакта с дрянью кто-то отсюда вышел — нельзя, понимаешь? Тот, кто возьмет ампулу и откроет — должен остаться в лаборатории.