— Задолго до возникновения человечества на Земле существовала цивилизация фэрлингов, — продолжал Лори, — Ваша история происходила у нас на глазах. Со временем мы заметили, что некоторые из вас могут улавливать наши мысли: вы прозвали их магами. В своём развитии люди проделали долгий путь, и много глупых ошибок лежало на том пути. Фэрлингам было больно это видеть. И мы научили людей всему, что знали сами. Человечество получило нашу мудрость и знания; и жизнь стала совсем иной. Но сменилось несколько поколений, и люди начали забывать, кому они обязаны своим счастьем. А потом мир раскололся.

Может, причиной тому была магия Лориана, но Элис вдруг почувствовала, что время замедлилось, и само мироздание отложило все дела, чтобы послушать рассказ чёрного фэрлинга. Девушка боялась вздохнуть, но, похоже, Лори ждал её вопроса.

— Почему это произошло? Почему мир стал таким?

— Всему виной сомнение. Сомнение и неуверенность в своей правоте. Когда ты идёшь по дороге, всё понятно и просто. Но стоит встретиться развилке, тебе приходится выбирать: влево или вправо? А, может, прямо? Иногда выбор очевиден, и ты продолжаешь путь. Но бывает и по-другому. Однажды это произошло: сомнение разбило мир. С тех пор две половинки единого целого существуют сами по себе, и каждая живёт своей жизнью.

— Выходит, — Элис вспомнила про Лео и Берти, — У каждого из нас есть свой двойник в Реверсайде?

— Когда миры только-только разошлись, это было так. Но с течением времени разница становилась всё больше. Правда, это справедливо лишь для людей. Для нас всё выглядит иначе. С точки зрения фэрлингов пространство едино. Нам не нужны зеркала, чтобы путешествовать из мира в мир.

— Лучше бы я никогда не узнала про Реверсайд, будь он проклят, — с горечью прошептала Элис, — И про Зеркала.

— Не жалей о своих ошибках. Только совершив их, ты поймёшь, как поступать правильно.

— Иногда даже одна-единственная ошибка способна стать роковой.

— Да. Но только тот, кто не боится допустить промах, достигает цели, — фэрлинг шумно вдохнул воздух, — Наша жизнь — это тонкая грань, по обе стороны которой — бездонная пропасть. От рождения до смерти мы балансируем на острие ножа, силясь удержать равновесие. Суть жизни в этом и заключается: постичь искусство канатоходца, найдя баланс, удержаться на этой грани, — и двигаться вперёд. Не всем дано такое счастье. Многие в погоне за тем, что видится им единственно верным, прыгают вниз; многие оступаются, и падают в пропасть.

Элис сглотнула комок в горле.

— Я падаю, Лори.

— Только падая, можно понять, что рождён летать. У тебя всегда были крылья. Расправь их.