– Прости, благочестивая, твоего сахиба здесь нет, напрасно ты призываешь его, – покачал головой сидящий в снегу парень. – Ведь если бы он был здесь, я бы увидел его. Но, на твою беду, тебе встретился лишь ничтожный Хануман, который скоро превратится в ледяную глыбу в этом заснеженном мире…

Блондинка коротко прорычала – нервы, нервы, нервы…

– Ой, точно, – спохватилась она, пытаясь взять себя в руки. – Ты же околеешь тут. А ну давай поднимайся, домой поедем. Я тебе даже ванну наберу, так и быть.

– Нет, дэви, – с блаженной улыбкой горько всхлипнул её собеседник. – Оставь меня здесь. Холод замедлит ток моей крови, остановит моё дыхание, и я наконец приближусь к высотам просветления, как великие учителя…

– Угу, ты уже приблизился – вон на носу снежинка не тает! Слушай, давай без этих твоих китайских штучек, а? Сегодня Новый год, ты в курсе, вообще? Я хотела с подружками в «Хэ», но куда там… Давай просто поедем домой, закажем роллы – мне как раз зарплата на карточку упала, и мама денежный подарок подкинула. Чай заварим. Варенье откроем – я сама варила из арбузных корок, должно быть вкусное. Ну там… шампанское купим. Голицынский брют просто напиток богов! Только я бутылку с шампанским открывать не умею, поэтому это твоя обязанность. А! Вот, вспомнила! Ты мне ещё люстру повесить должен!

Она подняла указательный палец вверх и погрозила им, сурово сдвинув брови. Азиат понял, что процесс просветления откладывается. Да, люстру, конечно, повесить надо, учителям придётся подождать, но они поймут…

– Куда ты ведёшь меня по этой заснеженной дороге, великолепная дэви? – ныл Укун, или, как он теперь себя называл, Хануман, пока они долго-долго выбирались из старого фонда в цивилизацию – на остановку общественного транспорта.

– Слушай, вот не надо, а? – огрызнулась Ольга, упрямо топающая впереди него. – Ладно, в прошлый раз я накосячила, признаю, было дебильной идеей селиться в гостинице в такой дыре. Но теперь-то ты сам сюда зачем-то пришёл. Я в принципе не понимаю, каким чудом нашла тебя и зачем опять потащилась в это захолустье. И вообще… – Она остановилась и развернулась к китайцу лицом. – Если бы ты не свалил от меня в закат в буквальном смысле слова, нам бы сейчас не пришлось месить снег!

– Я ничего никуда не сваливал, уважаемая госпожа Олга. Я не знаю, как здесь оказался, – попытался оправдаться её печальный спутник, у которого опять глаза были на мокром месте. – Ты путаешь меня с кем-то другим, благочестивая, но я всего лишь…

– Ой, всё, пошли! – отмахнулась блондинка и снова зашагала вперёд по плохо протоптанной тропинке.