Минуту спустя рядом с ней оказался напарник — ему повезло наткнуться на запас невскрытых консервов, и их следовало забрать. Они сложили банки в синий джутовый мешок и направились к лестнице. Военный полез наверх, а Хоппер вдруг метнулась назад к маленькому тельцу и подхватила с пола амулет.

Затем все шестеро спустились в моторку. Один из мужчин, прилепив к борту баркаса чуть пониже ватерлинии комок эластичной взрывчатки, воткнул в него короткий запал и сорвал с его кончика защитную полоску, когда двигатель лодки заурчал. Запал зашипел и задымился, к поверхности устремились пузырьки газа.

Минуты через две после их отплытия запал догорел, и глухой стук ознаменовал появление в корпусе судна пробоины. Еще через пять минут посудина заметно осела. А через десять и вовсе исчезла под водой.

Из всех пассажиров моторки Хоппер единственная обернулась понаблюдать за погружением. Почти над самой линией океанского горизонта висело бледное солнце, как и в любое время суток на этой широте.

2

2

«Ракета» набирала ход. Маленькая, да удаленькая, использовалась она для ремонтных работ, обучения персонала, буксировки — в общем, для всего. Вот только заполучить ее в свое распоряжение, за исключением случаев острой необходимости, можно было не всегда. Когда права на моторку заявлял Швиммер с подчиненными, она, как правило, стояла на дежурстве до отбоя айсберговой тревоги.

Этим утром сигнал прозвучал в 5:07. Тягучее завывание раздавалось мучительно громко и долго, чтобы гарантированно любого лишить желания нежиться в постели. От этого звука Хоппер каждый раз просыпалась, словно от ушата холодной воды, даже после трех лет пребывания на океанской платформе. Впрочем, Элен повезло больше других — как научному сотруднику ей полагалась отдельная каюта, а рядовые ютились вчетвером в кубрике.

Моторка почти набрала полную скорость. Хоппер огляделась. Харв сидел на корме: длинные волосы развевались на ветру, рука крепко сжимала руль. Он поймал ее взгляд и подмигнул. Тогда, на корабле, Харв, в отличие от нее, был само спокойствие. При виде полуразложившихся трупов она готова была сбежать, чуть не бросилась назад на палубу из ледяного провонявшего трюма. И лишь присутствие Харва, такого уверенного и хладнокровного, удержало ее на месте. Впрочем, противогаз тоже внес свою лепту. Однако в горле до сих пор ощущался привкус желчи. Ее мать могла оказаться на такой же посудине.

Харв, понятное дело, к мертвецам привык побольше нее, хотя Хоппер сомневалась, что за последнее время покойники попадались даже ему. За три года ее пребывания на платформе не погиб ни один военный, не считая несчастного случая с Драксом да той двадцатилетней дурочки, Ламберт, которой хватило мозгов выбраться на палубу в шторм, — естественно, ее смыло за борт. Едва волнение улеглось, команда отправилась на ее поиски и по нарастающей описывала круги вокруг платформы, пока Швиммер не решил, что бензина потрачено более чем достаточно. Через неделю обнаружился берет девушки, невероятным образом зацепившийся за металлическую ограду у самой воды.