Рисковать сближаясь с покалеченной, но всё ещё опасной тварью, я не стал, решил дело просто. Отойдя на всякий случай ещё на несколько метров назад, стал забрасывать скорпиона воздушными серпами. Бронированной туше и хвостам мои дистанционные атаки особого вреда не наносили, за то лапы и кислотные нити отсекались с лёгкостью. Через пять минут прицельной бомбардировки, от некогда грозного соперника осталась неподвижная туша истекающая кислотой и слизью. Несмотря на кажущуюся беспомощность я не кинулся сломя голову добивать мёртвую тварь. Мощные жвалы и хвосты были в полном порядке и уже убедительно доказали, что это грозное оружие. Заходил я со стороны хвостов, чтобы исключить атаку жвалами. Едва я оказался в пределах досягаемости, как последовал мгновенный сдвоенный удар под разными углами, но чего-то подобного я и ожидал, сделав быстрый шаг назад одним ударом срубил с хвоста "наконечник". Через несколько мгновений, та же судьба постигла и второй хвост, потратив ещё несколько секунд, чтобы по самый "зад" отрубить хвосты я спокойно подошёл к обездвиженной некрохимере и помня о толстой броне, со всей дури рубанул её по "голове". Броня с хрустом проломилась, а меч издав жалобный звяк сломался пополам.

- Сука! Едучий бракодел!

Пнув в каменный бок окончательно умершую химеру, расстроенный пошёл к некроманту высказать, всё что о нём думаю.

"Блиин! Ещё и платье испортил".

Мало того, что не хватало приличного куска подола, так ещё и почти всё платье было усеяно мелкими дырочками. Некоторые кислотные капли всё же до меня до летали.

- Хорошо, что только некоторые.

Обеспокоенно пробормотал я разглядывая красные пятна лёгких ожогов на своей коже.

С обломком меча в руке побежал к каравану, судя по доносящимся звукам сражения, победу ещё не добыла ни одна из сторон.

С холма мне открылся великолепный вид на разбитый караван, из пяти фургонов целыми оказались только два, остальные были раздавлены или разбиты в щепки. То тут то там виднелись тела паладинов в перемешку с серыми телами ящеров. Немного в стороне на усталого некроманта с двумя крабо-танками наседали два незнакомых паладина.

"Ага, это те два супчика, что ныкались в повозке".

Несмотря на то что оба краба были "живы", дела некроманта были плохи, так как один краб лишился большей части своих конечностей и был почти неподвижен, а несколько огромных дыр в панцире, тоже прыти не добавляли. Второй был относительно цел, но едва сдерживал рыцарей, ящеров осталось несколько штук и некромант понимая их беззащитность перед паладинами держал их в резерве.