Ещё сутки спустя на очередном привале дал девушке предплечье мага, кисть я предусмотрительно отрубил и схрустел ещё ночью, кожу тоже ободрал, в общем сделал всё, чтобы лишний раз не травмировать психику Юстинии.

- Что это?

- Мясо! Что же ещё, какая-то местная живность, ты ешь, ешь.

Голодная девушка с урчанием котёнка вцепилась в сырое мясо.

- Какие-то знакомые кости?

Задумчиво пробормотала девушка, разглядывая лучевую и локтевую кости.

- Это... Это же!

В этот момент целительницу вырвало. Я поморщился и отсел подальше продолжая меланхолично жевать голень.

Ещё долго Юстинию сотрясали рыдания и рвотные спазмы, даже когда в её желудке, ничего не осталось.

К моему удивлению, закатывать истерику мне не стали, девушка просто тихо плакала и всякий раз вздрагивала, когда я поворачивался к ней.

- Маленькое чудовище. Я знаю, зачем я тебе нужна?

Едва слышно произнесла магиня.

- Ты тоже меня съешь, когда у тебя кончится еда.

Что я мог на это сказать, изначально, я так и планировал, но после того как она отдала мне последний кусочек хлеба, во мне что то перевернулось, проснулись какие-то забытые, смутные чувства, в которых я и сам ещё не разобрался, но магиня перестала быть для меня чужой.

- Может тебе повезёт и мы дойдем до выхода раньше, чем кончится мясо.

Попытался я шуткой подбодрить целительницу. Но оказалось, что с чувством юмора у неё было всё плохо.

Ещё, через сутки мясо окончательно испортилось и стало мерзко вонять.

Причём, что удивительно, отвратительный запах, вызывал у меня настолько противоречивые эмоции, что я даже сначало не сразу понял, что это не мне нравится трупная вонь, а какой-то не переваренной твари.

Предлагать протухшее мясо Юстинии я не стал, был уверен, что даже железное здоровье целителя не справится с трупным ядом в желудке.

Наверное не стоило при ней есть ногу Вессапиана, но именно картинка, где я дроблю зубами бедренную кость, вновь разбила её хрупкое зеркало сознания.