- Передай своему богу, что когда я стану по-настоящему сильной, то вырежу его последователей всех до единого.

"А может и Единого тоже".

Последнию мысль я благоразумно озвучивать не стал.

Возможно великан и был сильным воином, но с обломком меча и отравленный ядом подземных червей, не продержался и секунды.

Наклонившись подхватил его голову за волосы и пошёл к лагерю.

Мой эпичный выход из темноты с головой рыцаря в опущенной руке, оценили по достоинству, особенно был впечатлён последний оставшийся в живых паладин. Его рыбьи глаза буквально прожигали во мне дыры.

Бросив к его ногам голову сделал паузу, давая всем насладиться величием момента, но увы, никто так и не понял, что присутствует при историческом событии. Конце многотысячелетней истории Карающих Мечей, причём от рук одного человека, как по мне, так подвигом такого масштаба не каждый золотой герой может похвастаться.

Неожиданно, дорогу к раненному паладину мне преградила Юстиния.

- Нет! Я не позволю тебе убить его. Это низко и подло нападать на раненого человека.

Голос девушки звенел от гнева и был преисполнен справедливого негодования.

Я же из за удачно сложившегося боя

был в хорошем настроении и поэтому решил поговорить с безмозглой девицей.

- Хорошо, отпустим тот момент, что ты не можешь мне запрещать или разрешать, перейдем сразу к сути. Если ты вдруг не знала, то этот "красавчик" принадлежит к карательному отряду церкви Единого "Карающие Мечи" и был послан вместе со своими коллегами за моей головой. Вдесятером, против маленькой девочки, почему же ты не бросалась на мою защиту, когда они пришли в наш лагерь? Это же было несправедливо?

Юстиния не нашлась, что ответить, но по прежнему решительно прикрывала рыцаря своим телом.

- А теперь отойди или крови сейчас будет чуточку больше.

С доброй улыбкой я направился к рыцарю. Мне всегда не нравились прекраснодушие идиоты с двойными стандартами. Вессапиан не смотря на рану на боку, подскочил к Юстинии и схватив её в охапку утащил в сторону.

Убить рыцаря было даже проще, чем великана-паладина из за тяжёлой раны ноги, он был лишён подвижности и через несколько мгновений его голова присоединилась к голове лидера.

Воссоединение команды произошло без особой радости с их стороны, я тоже перестал радоваться когда узнал, что под обвалами они потеряли, свои артефактные мешки, где хранились, почти всё продукты и вода.

Того что осталось по моим подсчётам едва ли хватало на три дня, воду если экономить, можно было растянуть на неделю, но у нас было много раненых и о экономии можно было даже и не заикаться. Прикинув остаток пути, пришёл к выводу, что выйдем мы из подземелья очень голодные и обезвоженные, и к тому же не все. Кроме меня, я буду просто голодным.