Интермедия

…Зима, она и в Истамбуле зима. Холодно и сыро. Даже во дворце Топкапы покои отапливали жаровнями и завешивали стены коврами, чтобы не так сильно дуло… Султан Ахмед Третий в который раз перечитывал представленные ему Мехмедом-пашой[70] списки. Нет, это не перечень имён недовольных властью великого султана, повелителя правоверных. Здесь имена кафиров[71], которые один за другим обращались к великому визирю с прошением о праве покупать рабов на рынках Кафы и Синопа.

Ничего удивительного в том нет: шведский король, повергнувший в прах своих врагов в Европе, обратил взор на земли московского царя. Для Высокой Порты это означает лишь одно: вскоре цены на рабов упадут. Ведь война — это самое удобное время, чтобы спустить с поводка крымского хана. А его друг Иван Мазепа снова пополнит свою казну долей от прибыли с продажи живого товара…

Султану всегда было интересно, как Мазепа, этот весьма одарённый человек, все свои дарования направил лишь на обогащение и на предательство всех, кто оному хоть как-то мешал. И как ему при том удавалось выйти сухим из воды. Но теперь, как показалось повелителю правоверных, звезда гетмана склоняется к закату. Открыто присягнув королю шведов, он явно просчитался. Карл тоже хорош: кто же воюет зимой? Если даже здесь, в благословенном краю, нет спасения от холода, то что же творится там, в северных землях? Ведь русские просто так ему ворота не откроют. Скольких жизней воинов недосчитается Карл, пока сумеет взять штурмом крупный город со всеми припасами для зимовки?