– Гаррет.
В его голосе больше не было тембра. Это был не более чем хриплый шепот. Но все же он говорил!
– Сэр…
– Я должен поблагодарить тебя.
– Сэр?
– Услуги, оказанные тебе мною, принесли дивиденды. По сути, я сейчас не меньше пленник, чем прежде, но мой ум наконец отпущен на свободу. Благодаря тебе.
Он не глядел на дочерей. Они также не интересовались им. При существующем режиме их натянутые семейные отношения могли найти выход только во взаимном безразличии. Вынужденное пребывание вместе не могло разрушить эти стены.
Жнец избегал моего взгляда, когда бы я ни посмотрел в его сторону. Я ожидал от него потока изворотливых адвокатских речей, но он не стал беспокоить себя. Возможно, ему не хотелось, чтобы его добрый приятель услышал то, что я мог сказать в ответ.
Никто не упоминал о внешнем мире.
– Могу я спросить, что делают эти люди? – просипел Чодо.
– Конечно. Но я не смогу вам ответить. Я не знаю! Это все затея Покойника.
Подручные Серебряника устанавливали маленьких никелевых собачонок в нишах, которые проделывали в стенах.
Мой ответ не понравился Чодо, но его раздражение угасло еще до того, как появился дополнительный котенок. Никелевые статуэтки уже начали вытягивать темные эмоции.
– Ты! – отрывисто приказал Серебряник Белинде. – Подойди сюда.
Ее глаза сузились. Никто не смел распоряжаться Белиндой Контагью. Однако она сделала, что ей было сказано.
– Левую руку.
Она вытянула руку. Серебряник защелкнул на ее запястье магический браслет. Носителями заклинания служили крошечные собачки в разнообразных собачьих позах… Хорошо, хорошо – шакалы! Каждый был покрыт черной эмалью – возможно, для того, чтобы предотвратить ожог холодом.
– Стой смирно.
Белинда нахмурилась, но выполнила приказание. Серебряник замкнул на ее шее тесное ожерелье, состоявшее из полудюжины квадратных черных камней. Они напоминали по виду обсидиан, и внутри каждого был заключен маленький никелевый идол.
Закончив, Серебряник повернулся к Чодо. Тот мог бы найти выход своим чувствам в припадке ярости, если бы сумел. Но Серебряник был сильнее его.