Тинни дома не оказалось. Невезучая кузина сказала мне, что та на фабрике. Я сам виноват в том, что она вечно шаталась за мной. А сейчас прошел слух, что ситуация может ухудшиться. Она совершенно не в себе. Гаррет запросто мог окончить дни подкаблучником.

Я ничего не мог поделать со слухами и домыслами в семье Тейт. Что бы я ни делал, лучше от этого не станет; скорее наоборот.

Я захватил с собой Кипа. Он все еще прощался с Кирой, когда я пришел. Он не хотел уходить.

– Ты мне нужен. Будешь чертить и писать. В качестве возмещения ущерба, нанесенного мистеру Вейдеру вашей Кликой.

Он очень не хотел уходить. Он боялся, что стоит ему выпустить Киру из поля зрения, как она опомнится.

– Не переживай из-за девушки, – посоветовал я ему по дороге. – Женщины Тейтов могут порой превращаться в занозу, но стоит им принять решение, как они держатся крепко. Обеими руками.

Именно это он и хотел от меня услышать. Хотя верилось ему с трудом. Веры в себя – вот чего ему пока недоставало.

– Я понимаю, это не очень большое утешение. Возьми меня: каждый день, что Тинни все еще со мной, кажется мне еще одним чудом. До сих пор не понимаю, что она во мне находит.

– Значит, нас таких двое, – вяло отшутился он.

Я воспринял это как добрый знак.

Кипа я оставил у двери личного кабинета на фабрике. Кабинет у него просторный и битком набит разными игрушками для юного гения, фонтанирующего золотыми идеями.

В здании стоял холод – здесь ничего не обогревали, когда производство не действовало, а сейчас оно стояло. В такую погоду бо́льшая часть рабочих сидела по домам.

Из чего следовало, что им платят слишком много. На рынке труда, где на каждое место претендует не меньше сотни человек…

Ха! Мысль, достойная настоящего капиталиста!

– Гаррет! Что это ты здесь делаешь? Не считая подглядывания и приставаний?

– Не смотри на меня так, словно я плохо с этим справляюсь. Мне даже не надо прибегать к колдовству.

– Я изо всех сил стараюсь развить иммунитет к этому. Мне кажется, у меня уже почти получается. Ты не ответил на мой вопрос.

– Мне нужно поговорить с тобой. Не на обычные темы.

Эта женщина видит меня насквозь. Вот и сейчас: один пристальный взгляд – и она поняла, что что-то не в порядке.

– Выкладывай свои плохие новости.