— Может уже покукарекаешь?

— Да стёб это! Ведьма просто прикололась! Подъёбка у нас такая специфическая, местная!

Сержант хлопнул ладонью по борту машины, словно возмущаясь и теряя терпение.

— Тебя что, говно жрать заставляют? Или просто стесняешься? Не сработает — буду знать, что это лажа. А вдруг?

— Ладно.

Малюта отошёл на пару шагов в сторону, трижды взмахнул руками и трижды прокричал кочетом. Достаточно громко, чтобы звук разнёсся далеко по вымершему району.

Сначала ничего не происходило. Каждый из команды, выбрав себе сектор для наблюдения, внимательно осматривал улицу, парковку, все закоулки и пустые окна домов. Больше всех старался Петька.

— Какая-то тень, — неуверенно доложил ординарец, — Она двигается.

— Где?

Бойко указал пальцем на дальнюю дверь одного из трёх подъездов пятиэтажки. Шрам достал бинокль, но толком ничего не разглядел.

— Отбой тревоги, — сказал он, разочарованный отсутствием результата, — Парень просто перегрелся, да и не мог он ничего увидеть.

— Согласен, — задумчиво прошептал безопасник, — Печати на нём нет, но чувствовать сущность может любой. Пойду проверю. Других вариантов всё едино нет.

— Вместе пойдём.

— Не спорь, сержант. Парня охраняй.

Не то, чтобы Григорий Лукьянович боялся. Просто ситуация не располагала к безмятежному спокойствию.

Когда до стального листа, приваренного к петлям и заменяющему дверь, оставалось три шага, неплотно прикрытая створка дрогнула и распахнулась пошире.

Малюта остановился как вкопанный.

— Ты кто? — внятно произнёс он и сжал кулак за спиной, предупреждая товарищей о возможном контакте.

— Душила, — донеслось из недр подъезда, словно скрипнула половица в рассохшемся доме.

— Знаешь кто я?