Впрочем, открытие не шокировало безопасника. Что-то подобное он давно предполагал. Просто извечная надежда человечества на благоприятный и, безусловно, выгодный исход, в очередной раз умерла в его планах на будущее.

Гораздо сложнее вышло принять решение по транспортировке союзника. Нечисть наотрез отказалась ехать на верхнем багажнике. Солнце не убивало, но находиться во время поездки под его палящими лучами вызывало первобытный ужас у сумеречного существа. Всё-таки его зоной комфорта являлась ночь.

Не помогло даже предложение сержанта приварить кресло возле пустой пулемётной турели и соорудить над нам шатёр из подручных материалов. Пожиратель душ категорически отказался и от иного способа перевозки, предложенного Григорием Лукьяновичем. Соорудить фаркоп и подыскать в промзоне подходящий прицеп.

Против высказался даже Шрам. Он посчитал, что наличие любого трейлера на жёсткой сцепке лишит их маневренности. «Тигр» — мощная машина. С большой степенью вероятности преодолеет любое естественное препятствие, но волоча за собой фургон, рискует застрять в первой же канаве. А если придётся форсировать реку, то прицеп не просто утонет, а зацепившись за корягу, утянет вездеход за собой. При этом судьба Душилы его не волновала. Тварь по любому выкарабкается, а вот группа рискует потерять всё снаряжение.

Вместе с тем оба избегали вариант приглашения твари в салон бронекапсулы. В мозгу чётко отложилась, хотя и сказочная, но и весьма жуткая версия кого-то из мистификаторов прошлых времён, будто вампир или вурдалак не может сам проникнуть в жильё человека. Для этого его должен пригласить хозяин. Догадывался ли об этом опасении Душила? Скорее всего. Однако тактично помалкивал.

А вот то, что солнечные лучи причиняют нечисти мучительные страдания, сомнению не подвергалось. Для разговора с командиром ликвидаторов Григорий Лукьянович предложил Душиле выйти из подъезда. Своего рода жест доброй воли. Пойти на уступку, чтобы не вызывать чувства опасения у вероятного союзника. Сущность согласилась, но выйдя за дверь, сильно напряглась и робко жалась к кирпичной кладке крыльца. И это при том, что газон от солнца укрывал весь корпус пятиэтажки, а от выцветшей синевы неба ещё и бетонный козырёк подъезда. Всё равно дневного света было достаточно, чтобы нечисть колбасило и корёжило не по-детски.

— Ладно, — решился Шрам, — Поедешь в багажном отсеке. Он отделён от салона бронированной дверью, на случай детонации боекомплекта. Барахла у нас мало, так что как-нибудь поместишься.

— Здоровый ты, однако, — недовольно поморщился сержант, разглядывая вжавшуюся в стену тень.