– Ну извините, что из-за меня вам пришлось задержаться с пикником, – с явными нотками недовольства ответила девочка. – Могли бы и без меня собраться еще первого числа… – и она бросила недовольный взгляд на Фрэда.

– Нет, не могли! – твердо отчеканила Виктория, вновь пихая мальчика в плечо. – А Фрэд бы за языком последил. – и девочка снова глянула на Олесю: – да не обращай внимания, что там говорят всякие идиоты.

Эфрат весело усмехнулся, отвлекаясь от рассказа Дамиры, но девочка мигом вернула его внимание к себе.

– Ну а чего ты сама не своя две недели ходишь? – обратился Фрэд к Олесе, наливая ей сок в стакан. – Ты же сама не хочешь рассказывать нам, что случилось! А мы, может помогли бы тебе…

– Да нет, ребят, все нормально, – поспешила заверить девочка друзей, но вышло это у неё как-то слабенько и вовсе неубедительно.

Фрэд некоторое время смотрел на неё в упор, и Олеся была готова поклясться, что во взгляде его промелькнула некая грусть и даже тревога… Неужели мальчишке действительно не безразлично на её проблемы? Может и вправду стоило рассказать друзьям о разговоре с Рэем? Ну или хотя бы рассказать это только самому Фрэду…

– Кстати, как там у тебя со школой? – спросил Эфрат, отвлекаясь от разговора с Дамирой. Вернее, это она болтала без умолку, а мальчик из вежливости все слушал.

– Меня… немножко исключили, – нехотя ответила Олеся, опустив взгляд. – В смысле, все. Документы подписаны…

– В смысле документы подписаны?! – изумилась Виктория, выронив конфету из рук. – Тебе не было предложения пересдать экзамен?

– Да тут… – Олеся мельком глянула на Фрэда и опустила взгляд. – Сложная история.

Возникла некоторая пауза.

– И ты думаешь, мы сейчас скажем что-то вроде: «ой, ну ладно, тогда не рассказывай»? – хмыкнул Фрэд. – Рассказывай и в подробностях.

– Фрэд прав, – закивала Виктория. – Мы же не чужие друг другу люди!

– И всегда тебя выслушаем, – вставил свое слово Эфрат. – Не бойся, рассказывай.

– Я и не боюсь, – возразила Олеся. – В общем, как вы уже знаете, физлиолику я тогда не сдала. На самом деле я практически на все вопросы ответила правильно, а Ротиги начал придираться ко всему, и я поняла, что зачет я точно уже не получу. И была права, но дело было совсем не в экзамене. Ротиги сказал, если я буду отдавать собранные символы – он поставит мне даже «отлично», если же откажусь – сделает всё возможное, чтобы меня исключили.

– И он, все таки это сделал, – в задумчивости сведя брови, проговорила Виктория. – Интересно, как он мог на это повлиять. Запугал?

– Вот же…

– Нет, – мотнула головой Олеся, прерывая речь Эфрата. – Тогда я поняла, что мне нет никакого смысла оставаться в этой школе. Если каким-то чудом и останусь – Ротиги не даст мне житья. А Ротиги обещал, что все же меня исключат, и я испугалась, что для достижения своей цели он может кому-то навредить, хорошо припугнуть директора… и, в общем, меньше всего я хотела, чтобы из-за меня кто-то пострадал! Тогда я всё рассказала Флоренс, включая то, что Ротиги – Благиортинас, и про тот день, когда меня к нему Эса водил, и про то, когда он отобрал у меня каменное крыло. Флоренс, конечно, повздыхала, почему я всё ей сразу не рассказала… В общем, мы приняли решение опередить Ротиги и самим забрать документы для перевода в другую школу, там я уже и сдам нужные экзамены. А с Ротиги-Благиортинасом Флоренс обещала разобраться.